Онлайн книга «В плену безумия»
|
— Ах… — Больно? — Нет… Просто… Скучала… — утыкаюсь носом в его шею. Целую там, когда он начинает двигаться… Мы занимаемся любовью… Медленно, бережно, но с такой глубиной, какой раньше не было. Теперь это не просто страсть. Это обещание. Клятва. Признание, что мы вместе навсегда… Его сердце колотится под моей щекой, когда я прижимаюсь к его груди после обоюдного страстного болезненного оргазма, разрывающего сознание на мириады звёзд. Я зарываюсь носом в его грудную клетку, вдыхаю запах кожи — солёный, родной, мой. Целую ключицу, шею, уголок губ. — Люблю тебя больше жизни, — шепчу. — Больше всего на свете. И тут слёзы накатывают — горячие, неожиданные. Они катятся по щекам, падают ему на плечо. Я не понимаю, как можно любить двух абсолютных противоположностей… Как можно им обоим доверять. Но у меня ощущение, что каждый из них — продолжение другого… Не его антипод, а именно продолжение… — Это просто гормоны, — пытаюсь улыбнуться, но голос дрожит. — Правда. Глеб гладит меня по спине, притягивает ближе. И я понимаю, что он каждый день перебарывает себя, чтобы продолжать наши отношения. Так же, как и я… Он борется. Он старается… Где-то проглатывает гордость и ревность… Ведь я бы тоже ревновала, если бы не помнила наш секс… Если бы во мне жила какая-то другая Алёна… — Не только гормоны, — говорит тихо. — Я чувствую, что ты что-то не договариваешь. Но я здесь. И я буду хорошим отцом. Обещаю. Лучшим, каким только смогу… Он обнимает меня, укачивает, как ребёнка. Я закрываю глаза, слушаю его дыхание, стук сердца. И впервые за долгое время чувствую себя в безопасности… и я знаю, что это правда… Отцом он точно будет самым лучшим. Во всяком случае для меня точно… Глеб засыпает быстро, усталость даёт о себе знать. Таблетки, время, проведенное в стационаре… Дыхание становится ровным, лицо расслабляется. Он выглядит таким юным, почти беззащитным. Я лежу, смотрю на него, глажу волосы. Потом наклоняюсь ближе, шепчу так тихо, чтобы не разбудить, но так громко, как только могу внутри себя: — Адам… — голос дрожит. — Вернись ко мне. Я очень тебя прошу. Я скучаю по тебе. По твоей улыбке, по тому, как ты смотришь на меня, будто видишь насквозь. По тому, как ты говорил, что я могу плакать, пока ты рядом… Я могу, я знаю… Но для этого ты должен вернуться… Слеза катится по щеке. Я вытираю её и продолжаю: — Ты должен знать, что у нас будет ребёнок. Наш с Глебом. Но и твой тоже. Потому что ты — это он. Вы — одно целое. И я люблю вас обоих… Молчу, слушаю его дыхание. Ничего не меняется. Он всё так же спит, ресницы чуть подрагивают. Но я чувствую — он где-то там. Слушает. Может, не сейчас, не в эту секунду. Но однажды услышит. Осторожно ложусь рядом, прижимаюсь к его боку. Глеб во сне поворачивает голову, находит мою руку, сжимает. — Я здесь, — бормочет сквозь сон. — Да, — шепчу. — Я знаю… Спи… Закрываю глаза. В животе странное ощущение… Словно покалывание… Я улыбаюсь в темноте. Мы справимся. Обязательно. Потому что теперь нас трое. А скоро будет четверо. И мы будем держаться друг за друга — как бы ни было сложно. Главное — мы вместе. И мы любим друг друга. Этого достаточно… Глава 48 Глеб Зимерев Просыпаюсь с привычной тяжестью в теле — таблетки выматывают, будто забирают все силы до последней капли. Такая побочка. Я реально чувствую себя унылым говном… Но я вижу эффект — Адам не появляется. Ни намёка на его присутствие, а значит, я справился… Наверное. Только вот вместо ожидаемого восторга я ощущаю, мать его, слабость… Повсюду… |