Книга Остров душ, страница 165 – Пьерджорджо Пуликси

— Умный ход, потому что, как ты видела, меня отстранили, когда мы были в одном шаге от истины.

— Это правда, что у вас плохие отношения?

— Спрашивает полицейский или женщина?

— Обе.

— Он причинил мне столько боли… Он изменял мне со всеми. В конце концов уже даже не скрывал этого. Он так меня унижал, что я сдалась.

— Мне жаль.

— Отвечая на твой вопрос: да, я ненавижу его.

— Значит, ты исключаешь тот факт, что он скажет тебе, кто его нанял?

— Чистая фантастика. Забудь об этом.

Ева не знала почему, но она собиралась открыться и рассказать ей о Майе; она чувствовала, что сейчас самое подходящее время – может быть, потому, что Мара впервые сняла ту маску холодности, за которой скрывала свою настоящую личность, и было бы правильно открыться в ответ. Но когда первые слова готовы были сорваться с ее губ, Раис оборвала ее.

— Вот она. Пойдем, – сказала она, открывая дверь и выходя в горькую ночь.

Ева последовала ее примеру, и вместе они отправились на встречу с судьей.

— Вице-квестор еще жив или уже съеден? – начала Раис.

Аделе полуулыбнулась и закурила. Затем, потирая живот, сказала:

— Перевариваю.

Двое детективов улыбнулись в ответ.

— Вы проделали большую работу, вот, что я хотела сказать.

— Жаль, что это мало поможет, – ответила Мара, пытаясь устоять перед искушением попросить у нее сигарету. – Может быть, получится засадить Нонниса, но не того, кто пришел спасти его задницу.

— Думаете, Гратталья тоже из банды? – спросила Ева.

— Я не знаю. Знаю только, что он был вынужден встать с постели, одеться, прийти и решать эту «проблему». Может быть, приказ исходил от кого-то выше.

— От квестора, – сказала Раис.

— Вероятно. Однако мне удалось удержать в расследовании только Кроче. Для Раис я ничего не смогла сделать.

— Это меня не удивляет, синьора.

— Мне жаль. Я настояла на том, чтобы Гратталья включил в спецкоманду Кроче, потому что, честно говоря, теперь, когда Ниедду, Эрриу и Деидда больше нет, я больше не знаю, кому можно доверять, кроме Фарчи. Вы доказали, что находитесь на моей стороне, и, уверяю, я не остановлюсь, пока это дело не будет закрыто. Итак, завтра снова за работу, Кроче. Что касается Раис…

— М-м… знакомый тон.

— Нет, вы не о том думаете. Я просто хотела попросить вас прикрывать наши спины, если можете.

Мара кивнула.

— Хорошо. Я внутрь, мне нужны кое-какие документы. Айелло и Феррари вернулись и помогают мне. Идите отдыхайте, вы это заслужили.

Прежде чем она отвернулась, Ева набралась смелости, чтобы заговорить:

— Синьора, простите, я хочу попросить вас об одной последней любезности.

— Одна из ваших обычных необоснованных просьб? – спросила Аделе, но с улыбкой на губах.

— Верно.

Ева странно посмотрела на нее:

— Только, пожалуйста, не думайте, что я сумасшедшая.

Эти последние слова заинтриговали собеседниц.

— Даю честное слово, Кроче. Слушаю.

Запах разложения и болезни стал настолько сильным, что его уже нельзя было выносить. Внук, подойдя к комнате, даже подумал, что дед умер. Но это было не так, хотя его внешний вид говорил об обратном.

— Бастьяну… Наконец-то ты осмелился подняться ко мне, – с ноткой иронии пробормотал старик замогильным голосом. Это встревожило Бастьяну. Половицы скрипели под его тяжестью. Бастьяну попытался не обращать внимания на отвратительные запахи и сел у кровати с левой стороны, положив руку деду на спину.