Книга Книжный клуб «Детективы по вторникам», страница 66 – Пьерджорджо Пуликси

Монтекристо отпил из бокала и произнес:

— Как в лучших детективах, убийца допустил ошибку, оставив следы, которые помогли следователям вычислить его. Но действительно ли он ошибся или неосознанно желал понести наказание? Редко выдается возможность задать этот вопрос преступнику лично, но сегодня у нас появился шанс… Верно, синьор Скалабрини?

Все ошеломленно уставились на элегантного старичка, который спокойно сделал глоток хереса и кивнул.

— Верно, – ответил Витторио низким голосом, посмотрев в глаза владельцу книжного. – Как вы это поняли?

Марцио плеснул еще немного хереса в бокал и снова сел, на этот раз развернув кресло к читателям. Черные коты снова шмыгнули к нему, словно были его тенью. Почувствовав, как бархатистый и сладкий вкус «Харвиса» обволакивает рот, Монтекристо снова заговорил:

— Поначалу конкретных оснований не было. Были лишь отдельные детали, которые укрепили мои подозрения, превратившись в улики и только потом – в доказательства… Но если бы мне пришлось назвать точный момент, когда во мне зародилось сомнение, это произошло, когда вы забыли шляпу здесь, на бюсте Конан Дойла. В тот же вечер были убиты Паттери.

Скалабрини кивнул и взглядом предложил Марцио продолжить.

— Удивительно, что вы – один из самых осмотрительных, педантичных и внимательных людей в моей жизни – забыли предмет гардероба, который в каком-то смысле был частью вашей личности. Я попытался связаться с вами, но ваш телефон оказался выключен. Я решил, что вы забыли включить его после встречи, но это было вторым подтверждением забывчивости, и я подумал, что это совсем не похоже на вас. В итоге я нашел ваш адрес и отправился к вам, чтобы вернуть шляпу. Но дома вас не оказалось. Меня увидела соседка, которая вышла выгулять собаку. Она спросила, кого я ищу. Я рассказал, и она сообщила, что видела, как несколько минут назад вы сели в такси с чемоданом, уже не в первый раз за последние месяцы. Тогда я не придал этому значения и уехал, решив, что вы отправились навестить сына или родственника.

— Вы забыли шляпу, потому что нервничали и, возможно, были удивлены: в тот вечер Карузо и Димазе попросили нашей помощи в расследовании дела о вас. Это спутало ваши мысли, верно? – спросила Жиза.

Скалабрини кивнул.

— Оплошность со шляпой была серьезной, – сказал он.

— Вот именно, – согласился Марцио. – На следующей встрече – возможно, из-за своего странного сомнения – я оставил шляпу на бюсте Агаты Кристи, чтобы проверить вашу реакцию. Вы забрали ее как ни в чем не бывало, без лишних слов, не заметив, что она оказалась в другом месте. Ничего удивительного, пустяк, но мысленно я все зафиксировал. Тогда-то во мне и зародились подозрения.

— Второй решающей деталью стала ваша фамилия. Вы не сардинец. Вы родились в Павии и говорите без сардинского акцента. Точнее, у вас вообще нет акцента, как у актеров, – продолжила Жиза. – Но к этому мы пришли позже… Первым поворотным моментом стало осознание возраста жертв. Обнаружив эту связь, мы поняли, что человек с вашей фамилией учился вместе с жертвами. Чтобы определить потенциальную жертву, Карузо и Димазе распечатали список имен всех однокурсников Винчиса, Атцори и Паттери. Среди восьмидесяти пяти фамилий Марцио обнаружил самую любопытную: Скалабрини.