Книга Книжный клуб «Детективы по вторникам», страница 18 – Пьерджорджо Пуликси

— Если они будут приходить каждую неделю, я готов перекраситься в блондина, надеть туфли на каблуке и леопардовые стринги, а еще накрасить губы…

— Сомневаюсь, что до этого дойдет. Вот увидишь, в следующий раз нас будет еще больше. Спокойной ночи, дорогой.

Марцио опустил рольставни, рухнул на стул и, взглянув на выручку за день и оставшуюся еду, расплакался, тронутый щедростью гостей.

В следующий вторник в книжном собрались тридцать человек. Еще через неделю – тридцать пять. Начиная с четвертой встречи число участников клуба сократилось до тридцати человек, половина из которых приносили стулья из дома. Кто-то постоянно выбывал, но каждую неделю Марцио продавал лишь членам клуба тридцать-сорок экземпляров выбранной ими книги. Появился даже лист ожидания для участия во встречах, потому что магазин физически не мог вместить всех желающих. Сработало сарафанное радио – и покупатели начали приходить в книжный не только по литературным вторникам, способствуя значительному росту прибыли.

Нунция стала душой клуба – и в каком-то смысле магазина. Она помнила имена всех участников и встречала их как самая гостеприимная хозяйка. Всем было уютно, и все чувствовали себя членами одной семьи.

Спустя месяц Марцио набрал пару кило и перестал ходить в супермаркет: после каждой встречи оставалось так много угощений, что ему даже приходилось дарить часть самым вежливым покупателям. Монтекристо прислушался к совету старушки и начал бриться каждый день, а раз в две недели посещал парикмахерскую. Эти мелкие перемены впечатлили посетителей. Они больше не кривились при виде Марцио, едва переступив порог, а здоровались с ним и частенько – еще совсем недавно это казалось невообразимым – заговаривали с ним и просили совета. Возможно, впервые с момента открытия Марцио почувствовал себя хозяином книжного, и это ощущение ему безумно нравилось.

Так продолжалось несколько лет. «Книжная лавка загадок» переживала расцвет.

А потом Нунция заболела.

Уже почти два года Нунция жила в доме престарелых в районе Флумини. Огромное одноэтажное здание находилось у моря и имело прямой выход к пляжу. Его окружали пальмы и великолепный пышный сад. Медицинский персонал был вежливым и услужливым: они работали с пациентами со старческой деменцией и другими нейродегенеративными расстройствами, которые часто появлялись с возрастом. Все в этом месте дышало спокойствием, красотой и умиротворением, но болезнь не давала многим пациентам оценить этот оазис гармонии в двух шагах от моря.

Хотя это причиняло огромную боль и портило настроение на несколько дней, Марцио часто навещал Нунцию. Старушка жила в одноместной палате – копии ее собственной спальни в квартире, в которой она провела не одно десятилетие. Такую практику рекомендовали врачи, чтобы пациенты не слишком нервничали. Комната Нунции была завалена книгами, хотя теперь она не могла читать, как раньше. Уже через несколько строк старушка теряла нить повествования.

— Привет, Марцио, – поздоровалась секретарша, завидев мужчину. – Председательница в палате.

— Как она сегодня? – спросил владелец книжного.

В последние месяцы у Нунции начались вспышки агрессии и приступы тревоги, которые подбивали ее к побегу – или, по крайней мере, к попытке побега. Врачи говорили, что в этом нет ничего странного: болезнь неумолимо прогрессировала, все больше повреждая мозг Нунции.