Книга Последний круиз писателя, страница 14 – Пьерджорджо Пуликси

На этой встрече также присутствовал и капитан Раффаэле Васто, неаполитанец, много лет состоявший на службе у семьи Анастазиа. Он был одним из самых опытных и надежных офицеров. Васто был готов вести корабль в это беспрецедентное литературное приключение, обеспечивая безопасность всех пассажиров.

Наконец, демонстративно опоздав, вошел Этторе Кристалло, шестидесятилетний актер, который вот уже двадцать лет играл детектива Умберто Брицци на ТВ в прайм-тайм. Аристид видел, как горячо он рассыпался в извинениях. Без Брицци Этторе никогда не добился бы признания, и сейчас он боялся, как бы его не заменили кем-нибудь помоложе. Он пришел, чтобы снискать расположение Галеаццо, в надежде продлить свою телевизионную карьеру в роли сыщика.

Когда Польпичелла взял слово, воцарилась полная тишина. Он поблагодарил всех за присутствие и заверил, что все детали презентации нового романа и морского тура были согласованы, за исключением одной непредвиденной проблемы: у итальянского книготорговца, который должен был сопровождать их из порта в порт, случился инфаркт, и он поехать не сможет. Однако он обещал как можно скорее найти себе достойную замену. Ознакомив всех с последними нюансами, Польпичелла театральным жестом вручил Аристиду контракт, который обязывал его провести двадцать дней на борту, чтобы дописать последние страницы нового романа «Кровавый мистраль» и представить его преданным поклонникам. По завершении работы роман должен был выйти одновременно в Италии и во Франции после масштабной рекламной кампании. Четыре пятых рукописи были уже отредактированы и переведены — оставалась только заключительная часть, которую все ждали с нетерпением.

Аристид чуть заметно улыбнулся — из вежливости — и вытащил из кармана лимитированную перьевую ручку «Паркер». Он дождался, чтобы тишина снова сгустилась. Он знал, что внешнее впечатление здесь решает все. Каждый из этих людей играл точно отведенную ему роль, как по сценарию драмы. Но напряжение, которое он испытывал, не было литературным вымыслом или шуткой, которую мог сыграть с ним его сверхчувствительный разум. Он ощущал на себе тяжесть каждого взгляда, в то время как сам наблюдал за остальными с неприятным осознанием: деньги, слава и зависть — вот настоящие причины их собрания, полного интриг и застарелых обид.

Контракт лежал на столе. Аристид пристально всматривался в тесные ряды угрожающих строчек. Группа его юристов уже изучила каждый пункт вдоль и поперек и дала добро.

Спокойным движением Аристид скользнул острием «Паркера» по бумаге.

Мрачная мысль промелькнула у него в голове: кто знает, сколько из них готовы убить за эту подпись?

В этот момент всеобщего ожидания он почувствовал, что кое-кто действительно мог бы пойти на это.

Он вернул контракт издателю, пока леденящее предчувствие все сильнее охватывало его.

Когда зал взорвался бурными аплодисментами, у Аристида возникло четкое ощущение: только что он подписал себе смертный приговор.

Выбритый, причесанный, в белоснежной, только из магазина, рубашке, придававшей ему вид гораздо более профессиональный, чем его обычные поношенные вещи, Марцио Монтекристо проводил журналистку в маленький зал для встреч.

— Вау! — воскликнула журналистка, застывшая в восторге перед ожившей репродукцией кабинета Шерлока Холмса с камином в викторианском стиле, пурпурным покрывалом с золотыми узорами, персидскими коврами, парчовыми шторами и винтажными шкафами, на полках которых красовались коллекции луп, курительных трубок, старые оригинальные издания Конан Дойла, Эдгара Аллана По и Эмиля Габорио, а также мраморные бюсты По, Агаты Кристи и создателя знаменитейшего детектива из дома 221B по Бейкер-стрит. Кабинет освещался теплым светом шарообразных плафонов люстры и светильников, стилизованных под лондонские фонари той эпохи, когда Холмс и Ватсон бродили по Сити, карта которого, нарисованная от руки и пожелтевшая, красовалась в раме на стене. На кованой напольной вешалке висели клетчатый шотландский редингот, цилиндр, котелок и культовая охотничья шляпа с опускающимися наушниками.