Онлайн книга «Влюбленный злодей»
|
Я оглядел помрачневшего окружного прокурора Бальца и несколько растерянного судебного следователя Горемыкина. Мне даже стало их немного жаль, поэтому я продолжил свое повествование спокойным и доброжелательным тоном: — Теперь позвольте мне договорить далее. Итак, первые подметные письма появились в мае месяце, и это явилось началом драмы. Продолжением ее стал случай с неудавшимся утопленником, о чем я обещал вам рассказать. Так вот, рассказываю. – Я обвел взглядом своих слушателей. – В конце июня месяца сего года, днем, когда молодая графиня Юлия Александровна играла на рояле в гостиной, прямо напротив окна остановился некий молодой человек. Он стал смотреть в окно, после чего начал выказывать девушке свой восторг… — Прошу прощения, а как проявлялось выказывание восторга? – поинтересовался окружной прокурор Бальц. — «Всяко. И руками махал, и слова разные говорил, и на свидание барышню звал». Так ответила на подобный вопрос горничная Евпраксия Архипова, – отозвался я и тотчас пояснил: – Я ведь рассказываю вам о случившемся со слов горничной Евпраксии Архиповой, которая стояла рядом во время беседы Юлии Александровны и ее матушки и слышала, как юная графиня пересказывала произошедшее событие…. А потом молодой человек, закончив выражать свой восторг в адрес юной графини, как был в одежде, так и сиганул с набережной в Оку! Если бы не расторопные лодочники, находившиеся поблизости и вытащившие молодого человека за шкирку из воды, он непременно бы утоп. А на следующий день Юлии Александровне пришло анонимное письмо от того самого неудавшегося утопленника, который признавался, что намерение утопиться пришло к нему из-за неразделенной любви к юной графине. И из-за того, что этой любви никогда не суждено стать взаимной… Кстати, – посмотрел я на орденоносного старикана, – вы знали о неудавшемся самоутоплении в конце июня сего года? — Нет, – не сразу ответил Николай Хрисанфович. — Правильно… – кивнул я удовлетворенно в ответ. – Потому что если бы таковой инцидент случился на самом деле, уж кто-кто, а вы бы обязательно о нем знали… — Что вы хотите этим сказать? – едва ли не в один голос спросили судебный следователь Горемыкин и окружной прокурор Бальц, устремив на меня рассерженные взгляды. — Только то, что неудавшееся самоутопление молодого человека – всего лишь выдумка Юлии Александровны, – без тени сомнения ответил я. – Или «натуральная басня», как выразился один околоточный надзиратель, который по заданию пристава Протасова пытался найти свидетелей попытки самоутопления молодого человека и последующего его спасения, но ничего так и не нашел. Оказалось, что только Юлия Александровна видела этого молодого человека, который на ее глазах пытался утопиться и которого спасли лодочники. Сами же лодочники, которые едва ли не круглые сутки проводят на реке, об этом происшествии – ни слухом ни духом… А теперь скажите мне, господа, не является ли все это нездоровой игрой воображения и галлюцинаций? И если так, то что это, как не явный симптом душевной болезни, которая к настоящему времени приняла уже более тяжелые формы? Далее, – обвел я глазами своих слушателей, – кто, по-вашему, написал и на следующий день подбросил письмо с признанием в любви, если ни самоутопления, ни молодого человека, пытавшегося это сделать, не существовало? Да никто… кроме самой Юлии Александровны. В этом у меня нет никакого сомнения, однако о письмах поговорим немного позже… |