Онлайн книга «Злополучный номер»
|
Явились приказчики в меблированные комнаты госпожи Малышевой в первом часу пополудни. Поскольку купцы ушли вчера от коммивояжера Стасько весьма поздно, около трех часов пополуночи, то бишь практически сегодня утром, приказчики подумали, что коммивояжер еще спит, и решили обратиться к владелице меблированных комнат Глафире Малышевой, дабы она под каким-нибудь подходящим предлогом разбудила своего постояльца. Малышева проживала с сестрой в соседних с ним комнатах и вначале не хотела стучать в комнату Стасько под предлогом, что стук может разбудить еще одного постояльца, который до сих пор спит, однако, поддавшись уговорам двух приказчиков, через несколько минут тоже стучалась в комнату Стасько, и тоже безрезультатно. — Неушто можно так крепко спать? – удивлялись приказчики, которым было поручено забрать у Стасько купленные намедни часы. – Ведь сколь времени в двери колотим… Заглядывали в замочную скважину, из которой была видна постель, смотрели в его комнату из окон фасада дома. Стасько и правда спал без задних ног, накрывшись с головой одеялом, и на стук никак не реагировал. Где-то в районе двух часов кто-то из приказчиков робко предположил: — А, может, он тово? Помер? От него отмахнулись, но через малое время уже второй приказчик озвучил подобную мысль следующим образом: — У меня тетка вот так же померла: сходила на базар, купила рыбу, снесла на кухню и прилегла на кушетку отдохнуть, притомилась, мол. Час проходит – лежит. Два часа, три – лежит, будто спит. А потом тронули ее, а она уже того… холодная. После этого рассказа уже мало у кого осталось сомнений, что господин коммивояжер преставился. Ибо так всегда бывает: стоит только кому-либо в непонятных обстоятельствах предположить самое худшее, как оно, в конечном итоге, и случается… В это-то время пацан Семка и побежал во двор, дабы посмотреть в комнату постояльца из другого окна. И увидел Стасько лежащим под этажеркой, что стояла у фасадного окна. — А кто ж тогда на постеле под одеялом-то спит? – задались вопросом приказчики, на что ни Глафира, ни ее младшая сестра Кира никакого вразумительного ответа не дали. И вообще, выглядели они растерянными и беспомощными, что, впрочем, не удивительно: содержать меблированные комнаты дело не легкое, да тут еще такое несчастие с постояльцем, что для гостиничного дела совсем не на руку… После известия, которое принес Семка, вызвали полицию. Прибыла она в районе двух часов пополудни в лице городового Самохина Петра Степановича. С него-то и решил начать свои допросы судебный следователь Иван Федорович Воловцов. Городовой Самохин пришел в кабинет Воловцова почти мгновенно, будто дожидался за дверью, покуда его призовут. Это был настоящий служака, каких ныне осталось не так уж и много: статный, могучий, с густыми усищами, закрученными кольцами, с голосом, которого не хочется, да и не получится ослушаться, и с серебряной медалью «За беспорочную службу в полиции» на груди с Анненской лентой. — Здравия желаю, – по-военному поздоровался Самохин. — Здравствуйте, Петр Степанович, присаживайтесь, – указал рукой на кресло против себя Воловцов. – Я – судебный следователь по наиважнейшим делам. Зовут меня Иван Федорович Воловцов. Прибыл из Москвы вести следствие по делу об убиении в вашем городе коммивояжера Григория Ивановича Стасько в меблированных комнатах Глафиры Малышевой в ночь с семнадцатого по восемнадцатое сентября сего года. Я читал ваши свидетельские показания, но мне хотелось бы от вас лично услышать все, что вы знаете по этому делу. С самого начала, если можно… |