Онлайн книга «Тайна старого саквояжа»
|
— Мне очень нужно было это место, — просто ответил управляющий и посмотрел прямо в глаза обер-полицмейстера: — И деньги. А граф Виельгорский обещал заплатить, так сказать, подъемные в размере месячного жалованья. — Ясно, — подытожил первую часть дознания Александр Александрович. — А теперь, сударь, давайте вспомним события почти месячной давности. Когда к вам приехал с ревизией главноуправляющий имениями графа Виельгорского господин Попов? — Шестого мая, — без запинки ответил Козицкий. — Сколько у него к тому времени было с собой денег? — спросил Власовский и стал следить за реакцией управляющего имением. Однако ничего особенного покуда не происходило. Козицкий как приклеенный сидел на своем месте и не выказывал никаких признаков беспокойства… — Я не знаю. — Что, и не поинтересовались даже? — спросил Александр Александрович. — Нет, — кажется, несколько удивленно ответил управляющий. — Зачем мне это знать? Все равно эти деньги не мои… Он улыбнулся одним уголком губ. Это немного насторожило обер-полицмейстера. — Все так… А вы сколько отдали ему денег? — Восемь тысяч, — ответил Козицкий. — Весь годовой доход от имения Павловское. — Это много или мало? — поинтересовался Власовский ради общей картины дела. — Мало, — снова посмотрел прямо в глаза полицмейстеру Самсон Николаевич. — По моему мнению, имение могло бы приносить доход тысяч двенадцать, а то и все пятнадцать. — Но вы же управляющий, — резонно заметил обер-полицмейстер. — Доложили бы об этом графу, устроили б дела соответствующим образом, чтобы имение приносило больший доход, и его сиятельство непременно повысил бы вам жалованье. Не так ли? — добавил Сан Саныч и сделал глаза чуть удивленными: это же, мол, и ребенку ясно. — Не уверен, — опять усмехнулся одним уголком губ Козицкий. Очевидно, такая усмешка была просто привычкой управляющего, и принимать ее во внимание, лжет он или говорит правду, скорее не следовало бы. — Граф, как мне кажется, вообще скуповат на деньги… — Признаюсь, у меня такого мнения не сложилось, — раздумчиво ответил Власовский. — Он скорее ничего не смыслит в деньгах и просто не знает им счета. Он затруднится ответить, если его спросят, сколько у него на данный момент в портмоне лежит денег. Это не говорит о скупости или прижимистости. — Возможно, — не стал спорить управляющий. Обер-полицмейстер понимающе кивнул: и то правда, спорить с крупным полицейским чином в его же кабинете, это, по крайней мере, неумно и весьма опрометчиво. И запросто можно даже собеседнику составить о себе предубедительное мнение, а господин Козицкий, похоже, был человеком очень осторожным и весьма неглупым… — Хорошо… Главноуправляющий имениями графа Попов проверял отчетные экономические и бухгалтерские книги? — задал очередной вопрос Александр Александрович. — А как же! — На лице Козицкого опять появилась кривоватая усмешечка. — Он всегда это делает, причем весьма досконально и придирчиво. — И что, все было в порядке? — легко поймал взгляд управляющего имением полковник Власовский. Ему показалось, что на лице собеседника промелькнул то ли испуг, то ли удивление, и для себя он решил поинтересоваться, кто таков этот Самсон Николаевич Козицкий, чем он занимался прежде и чем дышит сегодня. Весьма интересный господин… Но с последним вопросом следовало разбираться на месте, а именно в Павловском, но ехать туда обер-полицмейстеру, во-первых, было не по чину, во-вторых, его власть так далеко не распространялась, а в-третьих, его отъезд в Москве могли счесть за бегство, принимая во внимание его положение подследственного по делу о ходынской трагедии. Показать же, что он, грозный и неприступный обер-полицмейстер древней столицы, полковник Власовский, чего-то испугался, было никак нельзя. А вот снестись с тамошним уездным исправником, чтобы тот на месте разобрался с тем, что собой представляет этот господин Козицкий, — непременно следовало. |