Книга Казанский мститель, страница 60 – Евгений Сухов

— Погодите, прошу вас…

Судебный следователь остановился и вопросительно глянул на еще более осунувшееся лицо агитатора-пропагандиста. В отличие от полиции, занимающейся охраной правопорядка и расследованием административных и уголовных деяний, жандармерия — неподотчетный полиции орган — ответственна за государственную безопасность и занималась политическим сыском. Попасть в поле зрение Жандармского управления означало сделаться поднадзорным и политически неблагонадежным практически навсегда. Только всемилостивый государь-император, столь ненавистный революционно настроенным гражданам, мог по прошению освободить просителя от полицейского надзора. Преступления против священной особы государя-императора и членов императорского дома, существующего государственного строя и власти карались по суду крайне строго.

Передача Григория Резниковского в руки жандармов означала для него куда большие неприятности, нежели он имел в настоящий момент.

Услышав просьбу Резниковского, Иван Федорович остановился и оглянулся.

— Спрашивайте, что вы хотите знать, — негромко произнес Гриша, окончательно сдавшись, и уставился в пол.

Судебный следователь вернулся к своему месту, сел и, оглядев потерявшего последние остатки воли Гришу Резниковского, задал первый вопрос:

— Вы принадлежите к организации социалистов-революционеров?

— Да, — последовал ответ.

— Как долго?

— Два с лишним года.

— Будучи членом революционной организации, чем вы занимались? — заинтересованно спросил Воловцов и стал заполнять какую-то бумагу.

— Тем, что мне поручалось. Преимущественно это были разовые поручения: разнести прокламации или литературу по определенному адресу, передать кому-либо записку или распоряжение. — Григорий немного помолчал, затем продолжил: — После арестов в конце прошлого года стал пропагандистом-агитатором.

— Одиннадцатого февраля именно с этой целью вы проникли в расположение 54-й пехотной резервной бригады? — показал допрашиваемому свою осведомленность Иван Федорович, чтобы у Григория Резниковского не возникло соблазна чего-либо утаить.

— Да, — последовал ответ.

— С вами кто-то был? — как бы между прочим поинтересовался судебный следователь.

— Это обязательно говорить? — поднял наконец взгляд на Воловцова допрашиваемый.

— Сказали «а», говорите и «б», — заметил Иван Федорович, что было вполне резонно.

— Со мной был Феликс Глухих, — ответил Резниковский и добавил: — Вернее, это я был с ним…

— Что вы можете рассказать о нем? — задал следующий вопрос судебный следователь.

— Да я многого и не знаю, — промолвил Григорий как-то неуверенно. — У нас, знаете ли, не принято о себе шибко распространяться. Мне известно только то, что он окончил реальное училище и самостоятельно примкнул к эсеровскому студенческому кружку. После чего стал одним из лучших агитаторов-пропагандистов партии.

— Ясно… — заключил Иван Федорович. — А кто провел вас в расположение батальона?

— Один фельдфебель… Имени я не знаю.

— Что было дальше? — спросил Воловцов, понимая, что в деле пропаганды среди солдат роты штабс-капитана Алябьева Григорий Резниковский идет под номером два. А номер один — это Феликс Глухих. И разговаривать с ним будет много сложнее, нежели с Резниковским. Да и нельзя покуда его допрашивать. Иначе на Резниковского может пасть подозрение, что это он сдал судебному следователю из Москвы Феликса Глухих. А этого допустить никак нельзя…