Онлайн книга «Казанский мститель»
|
Их встреча произошла прямо на катке под героико-патриотический «Марш Фанагорийского полка». Гиршфельд догнал Николая — что сделать было совсем нетрудно — и поехал с ним рядом. — Вы просили о встрече, — начал разговор Николай. — Именно так, — согласился Гиршфельд и извлек из кармана тренировочных брюк сложенную пятисотрублевую банкноту. — Ваш гонорар… — Что на сей раз? — принял пятисотенную купюру Николай, приготовляясь выслушать новую просьбу-поручение лидера казанских эсеров. — Надо убить вице-губернатора Бураго, — ничуть не смущаясь столь прямым высказыванием, произнес главный социалист-революционер Казани. — Один раз мы уже пытались это осуществить, но бомба лишь легко ранила его в висок и в шею. Теперь он ходит с охраной — не подступишься! А он, жестоко, с применением оружия подавляющий любые волнения крестьян и рабочих, как никто другой заслуживает нашей революционной мести. В Чебоксарском уезде он стрелял в безоружных людей, всего-то требующих законности и справедливости от уездного начальства! Он должен быть жестоко наказан за свое злодеяние! Вашему же другу с его навыками отличного стрелка, полагаю, никакая охрана не помешает. Не так ли? — в упор глянул на Николая Гирша Гиршфельд. — Так-то оно, конечно, так, — вынужден был признать правоту слов эсера Коля Трофимчук. — Только вот согласится ли он… — А вы сделайте так, чтобы согласился. У вас миссия такая… Гонорар-то вы приняли, — без малейшего намека на укор промолвил Гиршфельд. — Хотите, чтобы я вернул вам деньги? — сделал вид, что вот-вот достанет пятисотенную и возвратит ее Гиршфельду. — Ну что вы, ни в коем случае, — вполне искренне произнес тот. — Только вы уж постарайтесь… * * * Когда Николай сообщил о новом «поручении» и обстоятельствах, при которых произошел разговор, Фрол только пожал плечами. Ему теперь было все равно, кого убирать: конкурента, соперника в сложившемся любовном треугольнике или вице-губернатора, исполняющего свой долг. Одно только обстоятельство обеспокоило Фрола Чагина. Это то, что заказчикам стало известно местопребывание Николая. — Тебе надо срочно убираться из своей комнаты, — заявил Фрол. — Уже, — успокоил друга Николай. — Снял квартирку недалеко от тебя. — Хорошо… А как связь с ними держать будешь? — поинтересовался Фрол. — Вдруг им еще понадобится еще кого-нибудь убрать. — Записочку им черкну, — улыбнулся Трофимчук (верно, он уже думал об этом). — И через какого-нибудь пацаненка передам либо их главному, либо тому, что со мной дела имел и выследил, где я живу. Что, мол, каждый четверг буду пить кофей в кофейне Жаботинского на углу улицы Рождественской и Троицкого переулка от часу до двух пополудни… * * * Увидеть и хорошо разглядеть вице-губернатора не составило большого труда: Дмитрий Дмитриевич ни от кого не прятался, часто был на людях, хотя и с охраной, которая блюла его безопасность. А еще статский советник Бураго не менял своих привычек и, как обычно, каждое утро выезжал в своем экипаже из дома, где квартировал, в Губернаторский дворец принимать посетителей. Жил Дмитрий Дмитриевич на квартире в доме Жарова, построенном более полувека назад по проекту казанского губернского архитектора Фомы Ивановича Петонди. Двухэтажный дом на углу улиц Петропавловской и Большой Проломной с анфиладами, где продавались фрукты, овощи, колониальные и промышленные товары. А на втором этаже находились квартиры и жилые комнаты. В одной из таких квартир, окна которой выходили в точности на перекресток, с единственным на все здание балконом с коваными ажурными ограждениями и проживал казанский вице-губернатор Дмитрий Дмитриевич Бураго. |