Онлайн книга «Сделай громче»
|
Мы банально не сошлись характерами. А сейчас, памятуя о моей специальности, я бы еще уточнил – психотипами. Шизоид и эпилептоид, кошка и собака, пламень и лед, и так далее. Не понимал ли я этого раньше? Конечно, понимал, я же – профайлер и, как говорится, не первый год замужем. Думал ли, что пронесет? Разумеется, надеялся на это. Поступил ли непрофессионально? Сто процентов! Потому, что это личная жизнь, а не работа. Хотя и здесь все происходит по уже известным схемам, сейчас я понимаю это лучше, чем когда-либо. Ну а теперь вы мне ответьте… – Какой главный страх у шизоидов? – Хммм… – Смелее! Это только между нами! – Страх быть поглощенным? – Верно. Но отталкивая людей от себя, они не дают близким уйти слишком далеко. Два разнонаправленных процесса происходят в их воспаленном мозгу одновременно. – Непонятно, но очень интересно. – Да! А проще всего это показать на примере самой первой дезадаптивной схемы Джеффри Янга. Это страх брошенности или покинутости. Его девиз: пожалуйста, не покидай меня! Люди с этой схемой уверены, что их отношения с другими изначально ненадежны, в любой момент может что-то стрястись, и их оставят. И что делают шизоиды? – Избегают? – Правильно! Во всяком случае, моя бывшая. Есть даже три варианта шизоидного реагирования на эту ситуацию, но все они так или иначе связаны с избеганием. Первый – не заводить слишком близких отношений в принципе. Это не совсем про Аллу, она все же вышла за меня замуж. Второй – бросить кого-то самому или самой, не дожидаясь, пока это сделает партнер. И да, частично это уже про мою бывшую жену, все же формальным инициатором развода была она. И третий – отстраниться в ответ на минимальное отвержение. Однажды Алле показалось, что я… неправильно выкинул мусор. Мол, должен был посоветоваться с ней, прежде чем дойти с переполненным ведром до мусоропровода, а не принимать столь важные решения единолично. И ничего, что раньше я никогда не советовался по этому поводу, да и она обратила внимание на «проблему» только сейчас. Признаюсь, мне не сразу удалось восстановить ход шизоидной мысли, я даже попытался привести все к нормальной человеческой логике. Но тем самым лишь спровоцировал еще больший конфликт, где уже летали тарелки, хлопали двери и едва обошлось без вызова полиции. Хотя там уже работали «мои» люди, и не ехали к нам, когда попало! А суть была в магическом мышлении, благодаря которому шизоиды даже такое простое физическое действие, как вынос мусора, умеют превратить в эпохальное событие, разделяющее всю их жизнь на до и после. И однажды, спустя несколько лет после того случая, Алла все-таки призналась мне в порыве очередной ссоры: — Когда ты выбросил мусор, в пятницу, в июне, летом две тысячи тринадцатого года, я вдруг четко увидела, как вместе с рваными пакетами и пустыми бутылками, скомканными листами исписанной бумаги и свалявшимися комьями шерсти нашего кота ты выбросил и… нашу любовь! Вот в чем, оказывается, была моя вина. Хотя, самую главную претензию жена сформулировала еще раньше: — Ты ж психолог! – Да, б…ь, я психолог! Поэтому, с одной стороны, я не должен был допустить ничего подобного. А с другой – не должен был лезть в жизнь супруги или сына со своими профессиональными наблюдениями, оставаясь дома просто мужем и просто папой. Вот такая моя вина, да и любого коллеги, который в разводе – поинтересуйтесь у них при случае, они скажут вам примерно то же самое… |