Онлайн книга «Подельник века»
|
— Вы только что произнесли стоп-слово, – вмешалась строгая и миролюбивая. — Какое? — Анархисты времени. — Ну вы сами его только что произнесли. И почему это стоп-слово? И как этих ребят нынче величать? — Партизаны, – пояснил рассудительный четвертый. – В прошлую пятницу из центра приходила последняя редакция памятки. — Партизаны времени? — Да нет, просто партизаны. — Как в Великую Отечественную? — Как в любую. На войне как на войне… Малополезная, но показательная дискуссия продолжилась бы и дальше. Но послышался щелчок. Запись диктофона остановилась. — Он что, пленочный? – удивился участник собрания под номером три. – Не могли электронный прислать. — Не прислать, а соорудить. Вспомните, где мы находимся. Запись ведется на каучуковый валик! — Вы вечно цепляетесь к словам. Я говорил в общем и целом… — Кстати, слабо сказать что-нибудь эдакое, не под запись? — Господи, давайте только без политоты! — А Ленин – политота? Или Николай Второй? Или Иван Грозный? — Все, я пошла… — Ну а вы что скажете? Шестой молчал. 2 Другая таинственная группа – партизан или бывших анархистов времени – для конспирации собиралась в церкви. Судя по всему, речь также шла о пяти-шести активных участниках. И узнать о них больше было не легче, чем о тех, кто с ними боролся. Партизаны разместились вокруг исповедальни – специальной кабинки с окошками, занавешенными непрозрачной материей. Такие встречаются во множестве в католических церквях и некоторых англиканских, но в теории могут быть построены и в православном храме. Отделенные перегородками и не видя друг друга, заговорщики создавали иллюзию конфиденциальности. — Ну что, святой отец, отпустишь грехи али как? – подал голос первый. — Али как. Что по делу? – «Святой отец» был не расположен шутить. — А по делу ничего нового. Заговор зреет… как и зрел. Очередная попытка не увенчалась успехом. Будем пробовать снова. — Отчет готов? — Готов, святой отец. – При этих словах послышалось шелестение бумаг. — Не называй меня так. И не богохульствуй. – Рука основного фигуранта приняла отчет, просунутый через окошко. — Ну ты ж монах… «Святой отец» оставил реплику без ответа и обернулся к другому окошку. — Следующий… — Как я уже докладывал… — Повтори. — Хорошо. Как я уже докладывал, идея с ликвидацией царя имеет все больше последователей. Мы явно будем в тренде. Особенно если успеем до войны… которую без него будет легче выиграть… А через пять лет и революции никакой не понадобится, чтобы сразу перейти к демократии… — А трехсотлетие династии? — А что трехсотлетие? Будут праздники по всей стране, хлеб-соль, амнистия и прочая, и прочая, и прочая. — Не стоит пересказывать учебник истории. — Согласен. Предлагаю лучше обсудить один деликатный момент… — Какой? Не тяни. — Пусть скажет Ворон. — Хорошо. Ворон? В разговор вступил еще один партизан: — Что по поводу ликвидации императрицы и великих княжон? — Не вижу смысла убивать детей. Мы же не звери. И не преследуем цели отсечь лишних претендентов на трон. Важнее продолжить монархию как институт, что с нынешним Николаем уже никак невозможно. — С Николашкой все ясно. А вот… — Не называйте при мне его так. Вспомните, где я работаю. — Ну по Николаю Александровичу вопросов нет. А что делать, к примеру, с Александрой Федоровной? Она уже вот здесь у всех сидит! Ну и ее милого друга только ленивый не обсуждает! |