Онлайн книга «Пуля времени»
|
— Нет, бросаешь! Как это еще назвать?! — Просто всему и всем свое время, у каждого оно свое. Мой дом – там, твой здесь. Мы не можем быть вместе… только по одной этой причине. — Предатель! Рита отвернулась от попаданца. Бросилась лицом в подушку и горько заплакала. А Бурлак-Ратманов не знал, что с подобным делать, ни в шкуре опера, ни в шкуре бандита. Он посидел еще некоторое время рядом. А потом встал и ушел на крики из других комнат. Может, еще и Есенин подъедет. Хотя, шут его знает, был ли кудрявый поэт уже настолько популярен в двенадцатом году… 13 Лодыга, без парика и накладной бороды, и даже уже почти трезвый, сидел на стуле перед своим атаманом. Немного помятый, в смысле – избитый, но без фанатизма. За его спиной наворачивал круги Копер. Остальные тоже были здесь. — Не мельтеши, – скомандовал Хряк, и Копер, сделав последний круг, остановился. – Рассказывай. — А чего рассказывать? – Лодыга, кажется, уже смирился со своей судьбой и не ждал от нее ничего хорошего. – Гимназист наплел мне про то, что я предатель. Ну, неправильно выразился. Что ты решил, что я предатель. И прикончишь меня туто же. Мол, беги, Лодыга, спасайся, иначе в земле будешь. — А про Казака чего он тебе наплел? — Про Казака вообще песня! Говорит, Казак поручил ему убить Лодыгу из другой банды. Только так, мол, он докажет, что не капорник. Свяжет себя кровью. Моей. Так что смертушка мне кругом, хоть от твоей руки, хоть от его. Я и сдрейфил. Хряк переглянулся с Копром. Тот чему-то кивнул. — Не врешь? — А чего мне врать-то? Все равно порешишь! — Порешу – не порешу, это мне решать, Лодыга. Но если ты соврал, смерть твоя будет медленной и мучительной. — Да уж побыстрее бы… — Это мы можем устроить, да, Копер? — Мгновенно, как комар укусит. — Во-во. Но перед тем, как тебя порешить… А может, и нет, прости Господи… – Хряк повернулся к «красному углу» бандитской избы, где стояла икона, иконы тогда были у всех, и трижды перекрестился на старообрядский манер, двумя перстами. – Ты еще сослужишь мне небольшую службу. — Это какую же? — Сходишь к Казаку и докладаешь ему то же самое. Как Гимназист, еловая кожа, сосновая рожа, его обманул. Хотел двух «иванов» лбами столкнуть да одного честного человека едва не умерщвил. — Это кого это? – не понял Лодыга. — Тебя, анафему! — Ааа… И как же я пойду-то, к Казаку-то? – запереживал бандит. — А вот так и пойдешь! Или ноги не ходят? Сейчас Копер твои ноги посмотрит… Копер! — Нет! Понял я все. Все будет в лучшем виде, – пообещал Лодыга, попытался встать, но тут же упал. Потом кое-как поднялся и все же пошел к выходу, оставляя капающий кровяной след от какой-то невидимой глазу раны. 14 Жора-Гимназист быстро шел по улицам Москвы. На этот раз его не привлекали красоты и достопримечательности начала ХХ века. Все то, что еще недавно вызывало почти детский восторг и будило воображение, теперь казалось чужим и опасным, от чего хотелось поскорее избавиться. У таких, как Георгий Ратманов, а скорее даже таких, как Юрий Бурлак, в самые ответственные моменты включалось шестое чувство. Помимо зрения, слуха, обоняния, осязания и вкуса. Он нутром чуял опасность. Еще не знал всех деталей и мог лишь догадываться о причинах, но уже понимал, что за ним следят и что ему в темпе вальса нужно собирать манатки и уносить из чужого века ноги! |