Онлайн книга «Край биографии»
|
Только сейчас до Жорки дошел смысл сказанного. Он потянулся за чаем, но передумал. Снова налил себе водки и залпом выпил чекушку. — Ладно, так и быть, поддержу! – Корнилов-Двуреченский поступил аналогичным образом. А утерев усы и длинный нос рукавом, сделал еще одно признание: – А Така не просто симпатичная. Она еще и ландаунутая на всю голову! Губернский секретарь признался, что не помнит, говорил ли об этом Ратманову: но в мире всего триста родов, в жилах которых течет кровь с генным сбоем, позволяющим сознанию путешествовать во времени. При этом, как во многих королевских семьях, болячка передается по наследству лишь по женской линии, но мальчикам. Почему? Пусть разбираются специалисты по генетике. — В общем, зараженная кровь текла по венам и Таки, и Офудзи, ну а ты… должен был унаследовать тот же геморрой от своей чудесной, хоть и строптивой матери. И с кем я только общаюсь?.. Обложили со всех сторон… Чисто гипотетически могла бы получиться большая дружная семья, где ландаутист на ландаутисте и ландаутистом погоняет! – Тут уже Двуреченский не выдержал и расхохотался. Георгий посмотрел на него волком. Чистая и искренняя любовь была у инспектора и с Такой наверняка, и с другими такими же женщинами, безо всякого расчета, нуда, конечно… А что касается собственных перспектив в ландаутизме, думать о них сейчас не хотелось вовсе! Жоржик с тоской посмотрел в окно. Позади была бессонная ночь, в Москве наступило утро. — Но тогда я не знал наверняка, являешься ли ты ландаутистом, – признался вдруг Двуреченский. – Наличие матери-носителя не дает на то стопроцентной гарантии. Так же, как у одних и тех же коронованных особ рождаются и гемофилики, не доживающие до совершеннолетия, и совершенно здоровые дети. – Ему определенно нравилась аналогия с королевскими семьями. – Таких мы называем латентными, или скрытыми, ландаутистами, которые могут быть, а могут и не быть! А как они проявляются обычно? Правильно – после смерти… ну как смерти… временного перехода, когда в своем времени получаешь травму, не особо совместимую с жизнью, а потом вдруг просыпаешься в чужом теле, такого же ушибленного, лежащего неподалеку, но только в совсем другой исторической эпохе… А задачей «ангелов-хранителей», типа Двуреченского, было не столько оберегать таких вот Ратмановых от возможных опасностей, сколько, наоборот, подталкивать к ним, чтобы посмотреть: выживет – не выживет. Так иногда отцы учат детей плавать… 10 — Все, что не убивает, делает нас сильнее? – Ратманов впервые за долгое время подал голос. — Именно! — Погодите-ка… Когда бандиты меня раздели, разули и отняли деньги в день похорон отца – это тоже была проверка? — Ну, не настолько… И ты, и они еще были дети… — Ага, дети чуть не проломили мне башку! — Перегибы на местах, – заключил Двуреченский, хотя отвел глаза, возможно, ему даже стало стыдно. – Но ты меня перебил… Предпочитаю рассказы в хронологическом порядке… В девяносто первом году, успешно завершив операцию «Путч», тьфу ты, «Инцидент в Оцу»… Попытка путча – государственного переворота 1991 года – Ратманову вряд ли о чем-то бы сказала, потому его собеседник снова вернулся к 1891-му: — Так вот, завершив миссию, я-таки выторговал у жлоба Геращенкова отпуск, пусть и не в своем времени, а в вашем. И так все удачно совпало, что успел и в Гороховце на Клязьме порыбачить, и к Бугрову на Сейму заглянуть. Там сорок кэмэ по трассе, а по прямой вообще тридцать один… Как ты помнишь, если не забыл, своим состоянием эти товарищи-миллионеры-мукомолы-судовладельцы обязаны в том числе и мне! Но сначала Бугров-дед, а потом и Бугров-отец дали мне по поводу денег от ворот поворот: мол, я не я, лошадь не моя, никаких инвесторов в период первоначального накопления капитала и не было. Во время операции «Бастард»… прости… твоего рождения… уже и Бугров-внук подтвердил позицию своего скупого семейства. Капиталы семьи росли, но ближе к ним мы не становились… |