Книга Внезапная смерть, страница 52 – Дэвид Розенфелт

Товарищи Кенни по команде единодушно поддерживают его, все заявляют, что уверены, что Кенни не мог быть виновен в таком преступлении. Не зная, что я уже говорил с Бобби Поллардом, парализованным тренером, который является одним из лучших друзей Кенни, Кевин тоже сделал это, и его особенно впечатляют проявления лояльности Бобби. Он также, как и я, впечатлён тем, что Кенни позаботился о том, чтобы его друг остался при работе.

Лори и Маркус добились значительного прогресса в подкреплении нашего утверждения о том, что Престон был замешан в наркотиках как продавец и как потребитель. Их информация дополняется тем, что Сэм Уиллис выяснил о финансах Престона. Это помогает, особенно потому, что нам больше почти не на что опереться. Улики против Кенни, хотя и косвенные, очень убедительны, и у нас почти нет ничего, чтобы их опровергнуть.

С положительной стороны, мы не обнаружили ничего поразительного или необычного в отношениях между Кенни и Престоном. Конечно, нет очевидного мотива, по крайней мере, мы его не видим. Это не означает, что Кенни невиновен; убийство могло быть результатом внезапной ссоры или необдуманного поступка, совершённого в тумане наркотиков.

Наша встреча заканчивается рано, потому что мне нужно в аэропорт. Я опаздываю и успеваю поцеловать только одного из них на прощание, поэтому выбираю Лори, а не Кевина. Это трудный выбор, но мне платят большие деньги за принятие такого рода решений.

Кевин уходит, и я говорю Лори:

— Прогресс в принятии решения?

Я говорю это нервно, потому что нервничаю, услышав ответ.

Она качает головой.

— Не очень. Я стараюсь не зацикливаться на этом. Я просто думаю, когда я буду знать, я буду знать.

С этим трудно спорить, поэтому я не спорю.

Выходя, я прохожу мимо офиса Сэма Уиллиса, и он кричит мне, чтобы я зашёл. Он говорит, что проверял Сэнди Уолша, и я инстинктивно оглядываюсь, чтобы убедиться, что Лори не вошла и не подслушала это. Это ещё один признак того, что я сознаю, что то, что я делаю, не является чем-то, чем можно гордиться.

— У него настоящие деньги, — говорит Сэм. — Не так много, как у тебя, но он богат.

— Откуда?

— Трудно сказать. Может быть, инвестиции, может быть, семейные деньги… но это не от его бизнеса.

— Какой у него бизнес? — спрашиваю я.

— Агентство по прокату автомобилей. Одно место в городе, одно прямо за городом. Солидное, но недостаточно большое, чтобы быть причиной его богатства.

— Спасибо, Сэм, — говорю я и готовлюсь уйти.

Он останавливает меня.

— Энди, есть ещё кое-что.

— Что именно?

— Парень женат.

— Лори сказала, что нет, — говорю я.

Он пожимает плечами.

— Может быть, это то, что он ей сказал. Женился три года назад в феврале. Жену зовут Сьюзен.

Я киваю и ухожу, обдумывая, что означают эти новости. Это смешанный мешок. С одной стороны, это может причинить боль Лори, но с другой стороны, это может быть использовано мной, чтобы заставить её остаться.

Хотел бы я, чтобы все мои мешки были такими смешанными.

* * * * *

ТЕМПЕРАТУРА В МИЛУОКИ, КОГДА МЫ ПРИЗЕМЛИЛИСЬ, была восемьдесят семь по Фаренгейту, что не совсем то, что я представляю, думая об этом городе. Это резко контрастирует с моим мысленным образом Винса Ломбарди, расхаживающего по боковой линии, когда изо рта вырывается пар в морозный воздух, пока «Пэкерс» маршируют по замёрзшей тундре в близлежащем Грин-Бее.