Книга Кофе для Мардж, а ограбление на десерт, страница 120 – Кейт Андерсенн

Гарольд помог ей снять пальто. А пакет с пирогом быстренько отдали Себу со строгим распоряжением «доставить на кухню». Видать, с ним еще поговорят.

Все Кингстоны были одеты как на прием, а в доме пахло жаренным с луком мясом, свежим хлебом и имбирем. Хозяева напряженно смотрели на гостей, а гости – на хозяев. И незаметно разглядывали великолепный интерьер.

За спинами Кингстонов наверх вилась лестница, за ней в видимом углу гостиной трещал камин, возле которого расположились кресла и диван, на полу небрежно брошена шкура какого-то зверя, и ничего не было бы удивительного, скажи кто, что ее обладателя застрелил какой-нибудь кингстоновский предок на королевской охоте… Сердце щемило от того, как уютно – так, как должно быть.

— Прошу вас в столовую, – церемонно пригласил Гарольд старших Никсонов широким жестом хозяина – сегодня инициативу отдали ему.

— А… спасибо, – заулыбалась Эвелин Никсон, пытаясь прийти в себя от увиденной роскоши и волнения за судьбу Мегги и переключить свое внимание на миссис Кингстон. – Рада видеть, Эбби.

Эбигейл Кингстон с безупречной улыбкой королевы расцеловала гостью в обе щеки.

— Как добрались?

— Ох, спасибо, неплохо…

— Мы опоздали, простите, – подал голос Джон Никсон.

— Ну что вы, мы и не заметили! – великодушно соврал Джозеф Кингстон. – Жаль, все никак не могли собраться вас пригласить.

— Если б не приезд детей, наверно бы еще тысячу лет ждали, – подтвердила Эвелин, незаметно комкая край фартука.

Шутка ли – это возможные родственники!

— Да, они не балуют такими подарками, – улыбнулся Джон Никсон, следуя за остальными в столовую.

«Дети» остались одни.

Маргарет почувствовала, как ее губы против воли расползаются в улыбке – хотелось смеяться, обниматься, сидеть у того камина на шкуре, провалиться в вечность, жарить зефир, потягивать глинтвейн и говорить, говорить… И еще – немного щипало в носу.

— У вас чудесный дом, – вместо этого чинно произнесла она, прикусив губу и посылая возлюбленному наисчастливейший взгляд.

— Ты правда так думаешь? – Гарольд лучился счастьем. Совершенно искренне и так непохоже на себя. – Честно признаться, я все гадал, как тебе понравится…

— Гарольд Кингстон, откуда такая неуверенность? – рассмеялась Мардж и шлепнула его по плечу перчатками – от его милой неуверенности стало вдруг так легко на сердце. – Это на тебя не похоже! Ну как мне могло не понравиться? Ты посмотри вокруг!

И она сбросила ему на руки свое пальто, с интересом разглядывая стены в крупных пастельных узорах и деревянных инкрустациях. Дотронулась ладонью до лакированного темного дерева.

— Сколько же веков они помнят? – обернулась к стоящему позади руки-в-карманах Кингстону; пальто уже висело на кованой старинной вешалке. – У меня чувство, будто реальности больше нет, а я читаю книгу и оказалась в девятнадцатом веке на обеде у герцога. Не скажу, что мне не нравится, но я ведь могу провалиться в другую реальность, и ищи меня тогда…

Гарольд усмехнулся, и церемонно взял ее пальцы и поцеловал их. Поднял глаза благоговейно и промолвил:

— Герцог приветствует вас. Моя прекрасная леди готова осмотреть дом?

И сюда «мою прекрасную леди» вплел! Маргарет распирало от смеха, но она сострила в ответ невозмутимо:

— Леди готова, если герцога не смущает, что она вдобавок к прекрасности – фея подгоревших печенек.