Книга Домой приведет тебя дьявол, страница 70 – Габино Иглесиас

В слабом свете лампы в коридоре стояла женщина в халате, невысокого роста, худая. Ее волосы растрепанным седым ореолом окружали ее голову. Это напомнило мне персонажей из мультиков после удара электрошокером. На ее голубом халате красовались громадные красные цветы. Amapolas^[196]. Халат закрывал ее тело, но на ее костлявых плечах висел так, словно она украла его у женщины, гораздо более крупной. На ногах у нее были белые chanclas^[197]. А на правой руке висело что-то объемистое.

— ¿Eres tú, Juanito?^[198] – ее голос наводил на мысль о хрупкой вазе, балансирующей на грани стола.

— Sí, Amá, soy yo^[199].

Хуанка кивком пригласил нас войти.

Я вошел, и первое, на что обратил внимание, это странный запах, который напомнил мне про дожди, а еще, как мы с Мелисой копаем землю во дворе. Она любила розы. Рядом с нашей дверью росли желтые розы. А на заднем дворе она все доступное пространство засаживала всякими растениями. Садоводство было ее любимым занятием. Вспомнив ее всю в поту и земле, я почувствовал странное утешение.

— Ay, mijito, ven aquí y saluda a tu madre^[200].

Хуанка подчинился. Его тело казалось слишком большим для маленькой комнаты, и крохотная женщина исчезла в его объятиях. Я услышал перешептывания и поцелуи. Женщина оттолкнула от себя Хуанку и взяла его лицо двумя руками. Тут-то я и увидел, что в правой руке у нее пистолет. Большой пистолет. Ее слабые пальцы все еще держали его, когда она подняла руки к лицу Хуанки. Печальная улыбка подняла концы ее губ, а брови немного опустила вниз. Счастье, любовь и что-то сродни боли боролись за управление ее чертами. Сражения не выиграл никто.

— ¿Cо́mo has estado, Amá? ¿Cо́mo te sientes?^[201] – спросил Хуанка.

— Cansada, hijito. Me pesan los huesos. – Она посмотрела в нашу сторону. – ¿Quiе́nes son estos señores, Juanito?^[202]

— Son unos amigos de Austin. Los traje para que me ayudaran con algo.

— ¿Vas a cruzar? Me dijiste que ya no…

— Tranquila, Amá. Es solo una vez más. Te lo prometo. Despuе́s de eso te saco de aquí^[203].

Женщина кивнула и опустила голову. Мне показалось, что такой разговор уже не раз происходил между ними. Мгновение спустя она подняла голову и направилась к нам.

— Buenas noches, señores, – сказала она, подойдя. – Yo soy Margarita, la madre de Juan Carlos. Tomen asiento, por favor. Están ustedes en su casa^[204], – сказала она, показывая хрупкой рукой на диван.

Мы с Брайаном пробормотали «buenas noches» и «gracias»^[205].

— Mira, Juanito, si van a ir, por lo menos dе́jame que les de una bendiciо́n para que la Virgencita los acompañe^[206].

Она хотела благословить нас. Холодные пальцы сжали сзади мою шею, когда она говорила это.

Хуанка вздохнул, подошел к дивану и сел между Брайаном и мной.

— Моя мать хочет помолиться за нас. Она хочет, чтобы Дева Мария нас защитила.

Время для возражений было неподходящее. Если молитва за нас даст ей покой, пусть молится.

Мать Хуанки, закрыв глаза, подошла к нам, подняла руки и начала молиться.

— Querida Virgencita, esta noche te pido que protejas a estos tres hijos tuyos con tu manto sagrado. Acuе́rdate, oh piadosísima Virgencita de Guadalupe, de que nunca se ha oído decir que nadie que te haya implorado protecciо́n, nadie que haya implorado tu santísimo socorro o que haya buscado tu intercesiо́n ha sido abandonado por ti, Madrecita Santa. Animada por esta confianza que todos tenemos en ti, Virgencita, esta noche regreso a ti, no menosprecies mis peticiones, y en tu infinita misericordia me escuches lo que te pido y protejas a estos hombres de todo aquello que les quiera hacer mal. Amе́n^[207].