Книга Дом кости и дождя, страница 138 – Габино Иглесиас

Мы снова выехали на улицу Сан-Мигель.

— Ты знаешь, куда ехать? – спросил я.

— Знаю, – ответил Бимбо. – Я знаю этот район. Мы раньше проезжали мимо него. За несколько метров того места, где мы парковали фургон, есть улочка. Там и находится церковь. Рауль сказал, что Эль Брухо живет рядом с ней в красном двухэтажном доме, так? Найти такой дом будет нетрудно.

— А где ты собираешься оставить тачку? – спросил Таво.

— На том же месте, где мы уже парковались, – сказал Бимбо. – Я развернусь так, чтобы можно было сесть в нее и сразу ехать.

— Похоже, это хороший план, – согласился я. – Но что мы будем делать, когда найдем этот дом?

— Мы подойдем к двери и…

— Нет, – сказал я. – Нет, нет, нет, Б. Хватит с нас этого говна. Хватило и одного Кимбо. Нам нужно…

— Кто такой Кимбо? – спросил Таво.

Моя правая рука словно по команде заныла, напоминая, как сильно я ее повредил, вымещая всю мою ярость и скорбь на лице Рауля.

— Об этом позднее, – сказал Бимбо. – У тебя есть предложения получше, Гейб?

У меня таковых не было. У меня вообще ничего не было.

— Ты, Б, подходишь к двери, – сказал я. – Мы с Таво прячемся рядом с дверью, или за машиной, или еще за чем. Если он открывает дверь, мы врываемся внутрь и приканчиваем его.

— Нет, быстро мы его не прикончим, – сказал Бимбо.

— Почему? – спросил Таво, прежде чем я успел задать тот же вопрос.

— Эль Брухо убил мою мать. Эта мразь нажимала на спусковой крючок. Он изрешетил ее пулями. Он за это заплатит. Я сделаю ему больно. Он…

Последнее слово прозвучало под выхлоп воздуха. Это был не то чтобы всхлип, но что-то на него похожее. Рауль имел значение, потому что присутствовал, вел машину, из которой вылетали пули. Эль Брухо был другой историей. Он нажимал на спусковой крючок. Вина Эль Брухо в смерти Марии была второй по тяжести после вины Папалоте. Я не мог себе вообразить, что чувствует Бимбо. Я не мог вообразить, что чувствовал бы я – или что бы делал, – если бы нашел скота, который убил мою мать, выпустив ей две пули в лицо и оставив на грязном тротуаре истекать кровью.

— Я с тобой, Б, – сказал я. Я имел в виду нечто гораздо большее, чем вытекало из этих слов, и он знал это.

— И я тоже, братишка, – сказал Таво, положив руку на плечо Бимбо. – Мы заставим его заплатить. Я в долгу перед тобой. И в большем долгу, чем могу заплатить сейчас.

— В долгу передо мной? Что за херню ты несешь?

Мы подъехали к той площадке, на которой парковались днем. Бимбо развернулся, потом сдал назад и остановился почти на том же самом месте. Пикапа Рауля здесь не было. Его могли угнать, подумал я, или его могли увести люди Папалоте, когда стало ясно, что Рауль куда-то пропал, а ключ остался в замке. Это не имело значения. Он исчез, и на данный момент его люди уже знали об этом. Нам нужно было поспешать.

— Ни в каком ты не долгу, – сказал Бимбо. – Мы братья. Мы тебя любим, чувак. Запомни наше единственное правило: если кто-то делает пакость одному из нас…

— То он делает пакость всем нам.

Бимбо посмотрел на меня и улыбнулся. Мы собирались убить человека, который застрелил его мать, и он обманывал нас, добиваясь нашей помощи, и при этом, вот ведь сукин сын, продолжал улыбаться. Улыбаться искренне. Он попал в жопу, тут не было сомнений, но какая прекрасная у него была душа, черт побери.