Книга Старый дом рыбака, страница 40 – Ольга Которова

— Доброе утро, — раздался мужской голос за ее спиной. — Похоже, вас заинтересовала эта икона.

Мила обернулась к подошедшему батюшке. Она не ожидала, что он заговорит с ней, и растерялась.

— Здравствуйте, — ответила с заминкой. — Но меня интересует не только икона.

Священник выглядел лет на пятьдесят, но Мила сомневалась, что это его реальный возраст. Если сбрить густую черную бороду, доходящую ему до груди, то, возможно, он «помолодел» бы на десяток лет. Мужчина был высоким, Миле пришлось задрать голову, чтобы посмотреть ему в глаза. Надо отметить, необычайно красивые. Один — небесно-голубой с тонкой медовой полосой вокруг зрачка, похожей на звезду. Второй тоже небесно-голубой, но от зрачка сверху, снизу и по бокам отходили карие толстые линии. Пышные черные ресницы практически доставали до кустистых бровей. Нос был прямым, с немного расширенными крыльями. Широкий лоб разрезала глубокая морщина. В густых черных волосах, убранных в тугую недлинную косу, кое-где виднелась седина. Взгляд Ардо привлекли и уши. На правом она заметила дырки от сережек, а на мочке левого, явно когда-то порванного, красовался неровный шрам, но он нисколько не портил мужчину. Как и ряса, не способная скрыть идеальное накачанное тело. На пальцах, сложенных спереди в замок, Мила разглядела татуировки в виде каких-то символов. Но толком рассмотреть не успела: мужчина убрал руки за спину.

«Идеальный образец мужского пола, и тот служит церкви», — с огорчением подумала Мила и смутилась. Наверное, это ненормально — любоваться священником. Но она не могла ничего с собой поделать. Слишком уж он был примечательным.

— Что же еще вас привлекло, Мила Васильевна? — спросил тот приятным низким голосом.

— Вы знаете, как меня зовут? — озадачилась Мила.

— В нашем маленьком поселке, где все жители знакомы между собой, слухи разносятся с быстротой ветра, — улыбнулся священник.

— Неудивительно. Тогда, пожалуйста, представьтесь, — попросила Ардо, заглядывая в его невероятные глаза.

— Прошу прощения за бестактность. Отец Игнатий.

— Очень приятно, — Мила почти протянула руку, но вовремя передумала. Хорошо еще, что варежки не сняла, хотя в них было довольно жарко.

— Так что же привело вас в нашу церковь?

— Слишком уж она необычная. Вот я и зашла посмотреть, как внутри.

— Здание действительно необычное, — согласился отец Игнатий. — И очень старое. Когда я приехал сюда на замену предыдущему священнослужителю, меня оно тоже поразило. Возможно, необычный вид объясняется тем, что церковь построили во времена, когда поселок относился к Восточной Пруссии.

Мила кивнула.

— Скажите, что это за икона? Обычно на иконах изображают святых, а тут — черный прямоугольник с выбитыми фигурами, — она подошла ближе к прозрачному ящику и указала на золотой текст: — И что здесь написано?

— Пятнадцать лет назад я тоже задавал подобные вопросы. К сожалению, никто точно не знает, что это за икона. Но в том, что это священный предмет, сходятся во мнении все. Ее даже приезжали исследовать. Увы, загадку так и не разгадали, — отец Игнатий развел руками. — Коренные жители рассказывают, что церковь не просто так стоит на этом месте. Давным-давно здесь хотели соорудить колодец. Начали копать. Копали-копали, но добраться до подземных вод никак не удавалось. Когда глубина стала намного больше, чем у остальных колодцев в поселке, и решили забросить это гиблое дело, копальщики на что-то наткнулись. Достали. Это оказалась черная икона с золотой надписью. Сперва ее пытались отмыть, затем посчитали, что она долго лежала в земле и краска просто-напросто слезла. А потом кто-то положил икону на землю, на нее попали лучи заходящего солнца, и появилась картинка.