Книга Пропавшие, страница 89 – Ольга Которова

От раздумий его отвлекли тихие шаги. Евгений обернулся к дверному проему в ожидании, когда войдет крестный. Его появление было закономерным. Им не удалось поговорить наедине, и теперь, кажется, настало время.

— Так и знал, что застану тебя здесь, – заявил Эдуард Семенович. Пройдя половину комнаты, он остановился у картины, заключенной в прозрачный ящик, исписанный рунами. – Сколько лет работаю в «Око» и до сих пор удивляюсь найденным магическим предметам. Все-таки мир вокруг прекрасен. Вот вроде бы обычная картина с изображением прелестной девы, но если взглянуть на нее без этого ящика, можно в прямом смысле сойти с ума.

— И не говори. Просто потрясающе, – ехидно отозвался сидящий в кресле Евгений. Перед ним на столе стоял стакан с виски, к которому он так и не притронулся.

Никак не отреагировав на сарказм, Эдуард Семенович сел в гостевое кресло и огляделся. Кабинет в подвальном этаже дома больше походил на музей старинных и опасных магических предметов, чем на место для работы. Здесь соседствовали заговоренное оружие и украшения, книги и картины, одежда и предметы интерьера.

— Мне понравилась эта Мила. Интересная девушка. Теперь понимаю, почему именно ее ты выбрал в свою команду. Но не понимаю, почему выбор пал на Мареева и Стеклова. Обычные парни. Таких полно.

— Вместе они отличная команда, – напряженно ответил Евгений.

С самого начала создания команды крестный был против этих двоих, но Евгений отстоял свой выбор. Он чувствовал: если разделит эту троицу, то работа станет гораздо менее эффективной. Они словно являлись одним целым. Как три части одного пазла.

— Твой выбор. Скажи, Женя, – Эдуард Семенович немного помолчал, пристально смотря на крестника, – что тебя связывает с Ардо?

— Работа, – усмехнулся Громов.

— Именно поэтому на ней кулон твоей матери, один из сильнейших артефактов нашего мира?

Евгений устало вздохнул. Конечно же, он не просто так отдал кулон. До этого артефакт десятки лет лежал в надежном сейфе, и даже сам Евгений не пользовался им. И все же он не сомневался: отдать кулон Миле было правильно. Нет, он испытывал к ней интереса как девушке. Это было нечто большее, чем обычная симпатия.

— Как тебе известно, Ардо способна работать с тонким миром. Всех призраков так и тянет к ней, артефакт же – очень хорошая защита, – пояснил Евгений. – И я дал ей его на время.

На самом деле он жалел, что не позаботился о защите раньше. Будь артефакт на Миле месяц назад, в отпуске, она избежала бы нападения.

Эдуард Семенович усмехнулся, и в его глазах загорелся огонь любопытства. Стало понятно, что крестнику он не особо-то и поверил. Но тему предпочел не развивать.

— А что ты думаешь по поводу Давида? Больше ничего не смог выяснить?

— Нет, – тяжело вздохнул Громов. – Я понятия и не имею, что делать и где его искать. Мы перевернули вверх дном эту поганую лабораторию, но ничего не нашли.

— Если бывший глава увлекался подземными этажами, то, может, и там что-то похожее есть?

— Есть, но это обычная подземная парковка, – возразил Евгений. И в отчаянии сжал кулаки. – Что если эта лаборатория не связана с Андреем Юрьевичем? Что если мы идем не в том направлении?

— А как считал сам Давид?

— Он думал, что крысу нужно искать в «Око».

Эдуард Семенович задумался. Побарабанил пальцами по подлокотнику кресла. А потом кивнул: