Книга Браслет княгини Гагариной, страница 37 – Ольга Баскова

— Слово клиента для нас закон. Эта дамочка что‐то трещала о приезде свекрови и о том, что мне нужно поторопиться.

Виталий обнял невесту:

— Ты меня не обманываешь?

Женя возмутилась:

— Вот еще! Я никогда не допустила бы обмана в наших отношениях. Если хочешь — подожди ее и сам с ней поговоришь.

Телефон Виталия мяукнул, и он прочитал сообщение от диспетчерской службы. Автомобиль уже ждал его у ворот.

— Ладно, до встречи, — он чмокнул ее в щеку. — Я побежал. После обеда позвоню.

— Обязательно. — Девушка вдруг обняла его и крепко прижалась к груди. — Сегодня мне почему‐то не хотелось бы с тобой расставаться. Я бы отказала клиентке и поехала с тобой, если бы мы не нуждались в деньгах.

Ювелир растрогался:

— Мне очень приятно это слышать. Но мы же не прощаемся навечно, правильно? И потом, если ты думаешь, что я сомневаюсь в твоей искренности насчет клиентки, то ошибаешься. Я верю тебе.

Женя улыбнулась:

— Да нет, мы с тобой всегда понимали друг друга. Просто у меня как‐то тяжело на душе, словно сегодня должно случиться что‐то нехорошее.

Он сжал ее плечи:

— Дурочка моя, ну что может случиться? Впрочем, если у тебя такое настроение, позвони клиентке и откажи. Ничего страшного, найдет себе другого дизайнера.

— Нет, нет. — Женя вырвалась из его объятий. — Ей нельзя отказать. Я по разговору чувствую, что она останется недовольна и станет сплетничать обо мне в городе.

— Ну и черт с этим, — махнул рукой Виталий, но девушка вздохнула:

— Нет, дорогой, я поеду с ней.

— Ну как хочешь. — Он мельком взглянул на часы: машина ждала его больше пяти минут, медлить было нельзя. — Я побежал.

Она опустила руки:

— Я позвоню.

Виталий выбежал во двор, распахивая на ходу черный мужской зонт. Противный ветер сразу занялся спицами зонта, предоставив дождю наброситься на белую рубашку ювелира. Через несколько секунд ее можно было выжимать. Когда Виталий скользнул на заднее сиденье такси, водитель-кавказец неодобрительно посмотрел на пассажира:

— Вай-вай, все мне тут замочишь. Что другие клиенты скажут?

Мужчина понял его намек:

— Заплачу больше, дорогой, только скажи.

Таксист сразу успокоился и медленно отъехал от дома.

— Дождь так и шпарит! — пожаловался он, сворачивая в город. — Все дороги превратились в озера. У нас такая погода — стихийное бедствие.

Виталий вздохнул:

— Это точно.

— Вот я быструю езду люблю, — продолжал водитель. — А сегодня как погоняешь? Ни черта из-за этой водной завесы не видно.

— Значит, сегодня у тебя будет перерыв, — пошутил ювелир. — Для меня главное — не расстаться с жизнью.

— Ревазом все пассажиры довольны, — усмехнулся кавказец, неодобрительно глядя на дворники, которые работали что есть мочи. — Ты тоже не станешь исключением.

— Надеюсь, — усмехнулся Виталий и указал на здание, еле видневшееся сквозь пелену дождя. — Почти приехали. Сколько я должен?

Грузин ответил не сразу. Сначала он подвез клиента к офису и только потом назвал цену по двойному тарифу. Виталий не торговался. Сунув в руки кавказца несколько сторублевок, он, уже не пытаясь укрыться под зонтом, рванул в помещение.

Большая карета с гербом рода Поджио неслась к Яновке. Иосиф чувствовал себя счастливейшим из мужчин: любимая женщина наконец стала его женой. Они обвенчались в Одессе, где у его отца было много знакомых, переночевали в доме, впервые насладившись близостью друг друга, а на следующий день лошади понесли их в родовое имение итальянца. Маша выглядела бледной. На ее измученном осунувшемся личике отразились все невзгоды, свалившиеся в последнее время. Решительный отказ генерала Бороздина, его нежелание видеть Поджио зятем привели к тому, что девушка решила бежать из родительского дома. Этот шаг дался ей нелегко. Она ужасно боялась вот так, как преступница, оставить кров, но отец не оставил ей выбора. Девушка всей душой желала соединиться с любимым человеком — и не успела оглянуться, как под покровом ночи карета понесла ее в незнакомый город Одессу. Венчание прошло как во сне — и вот она, уже законная жена Иосифа, мчится с ним в его имение. Это тоже пугало. Неизвестность всегда страшит, даже если надеешься на лучшее. Иосиф понял, какие мысли одолевали его жену, и, взяв в свои руки ее маленькую ручку, прикоснулся к ней губами.