Книга Попаданка с приветом, или Дети, заберите вашу мать!, страница 16 – Алиса Квин

На его месте я не была бы так уверена, однако спорить не стала. Мне самой не терпелось покинуть общество этого надменного типа.

Я сидела в своей новой спальне, лениво перебирая складки странного, чересчур нарядного платья. После обеда в голове шумело — слишком много впечатлений, слишком много людей называли меня «мамой», а я-то до сих пор чувствовала себя той самой Настей Кривцовой из детсада.

И тут, словно по привычке, сунула руку в карман. Пальцы нащупали знакомый бархатный уголок. Я вытащила… тот самый кошелек. Красный, замшевый, с золотой защелкой, который нашла на веранде в садике.

— Да ладно… — прошептала я, — ты тоже здесь? Ну и ты как тут оказался, товарищ? — пробормотала я, расстегивая защелку.

Вот почему моя одежда изменилась, а кошелек оказался в кармане нового наряда?

Внутри звякнули монетки, и вдруг кошелек… зашевелился. Не сильно, но я это почувствовала. Щелк. Защелка сама собой открылась. Внутри болтались все те же золотые монеты, переливающиеся мягким светом, которые я видела еще в своем мире.

— Ну наконец-то, хозяйка, — раздался ворчливый, немного скрипучий голос. — Я уж думал, ты меня потеряла.

Я чуть не подпрыгнула. Кошелек говорил. ГОВОРИЛ.

— Что?! Кошелек… разговаривает?

— Ну, вообще-то я предпочитаю «утонченный аксессуар с большой харизмой». Но ладно, пусть будет кошелек.

Я сглотнула, не зная, смеяться или бежать за Киллианом.

— Но… как?.. Зачем?.. Почему ты со мной?

— А что я, по-твоему, брошу тебя одну в этом балагане? — в голосе послышалась издевка. — Я же… преданный. Полезный. И вообще, хозяйка, привыкни: теперь твой мир — это не только дети и метлы. Теперь у тебя есть я.

Я зажмурилась, уткнувшись лбом в ладонь. Ну все. Метла разговаривает, теперь еще и кошельки. Может, я не в другой мир попала, а просто в дурдом?

— Ладно, — пробормотала я, осторожно держа его на вытянутых руках, словно он мог укусить. — Разговаривающий кошелек… это нормально. Совершенно нормально.

— Конечно, — самодовольно отозвался он, и защелка на его крышке щелкнула, будто кивок. — Ты же лоэра. У лоэры все должно быть на высшем уровне: муж — маг, дети — наследники, кошелек — с характером.

Я фыркнула.

— Так и будешь все время болтать, не называя себя?

— Мое имя… — голос протянулся таинственно, с наигранной важностью. — Это древняя тайна, покрытая легендами. Его произносили лишь избранные владыки и купцы великих дорог!

Я скептически прищурилась. Начинается! Видели мы таких важных!

— Ага. То есть ты сам не помнишь, как тебя зовут?

Кошелек возмутился:

— Помню! Еще как! Просто оно звучит так величественно, что неподготовленные уши могут обуглиться от величия.

Я закатила глаза.

— Я… Гросвальд, Древний Хранитель Честного Золота и Неисчерпаемых Сокровищ, — дурным голосом взвыл кошелек.

— Чего? — уставилась я на него. — Грос… кто?

— Гросвальд, — повторил он с достоинством. — Это имя известно многим поколениям…

Я хихикнула. Наверное, это уже нервы сдают.

— Слушай, Гросвальд — это слишком длинно и пафосно. Будешь Грошик.

Кошелек возмутился так, что защелка клацнула, будто он хлопнул крышкой.

— Грошик?! Ты в своем уме? Я — сосуд богатства, хранитель тайных желаний, шепот удачи и сияние золота!

— Ага. Грошик, — с невинным видом повторила я.

Пару секунд он молчал, потом вздохнул как-то обреченно: