Книга Жгучий перец драконьего лорда, страница 114 – Марина Эльденберт

— Десерт, — согласился Нортон и, раньше чем я успела вздохнуть, опрокинул меня на стол.

Тарелкам, которым до этого повезло, больше не повезло, он просто смахнул их на пол. Сказать я так ничего и не смогла, потому что он выдохнул мне в губы:

— Ты мой десерт, Алиса, — и ворвался в них огненным драконьим поцелуем, совершенно не похожим на все, что было до этого.

Больше всего на свете я сейчас сомневалась в том, что это именно то, что мне нужно.

Больше всего на свете я сейчас этого хотела.

Поэтому почти не сопротивлялась. Ну совсем почти…

Просто мстительно цапнула его за губу, но Нортону, кажется, это понравилось. И его дракону тоже, потому что его зрачки на мгновение растянулись в вертикаль, а потом вернулись к обычному человеческому. Просто раскрылись во всю ширину его радужек.

А потом, когда нас захлестнуло огненной волной, я потерялась в его чувственных ласках и поцелуях, и забыла о том, с чего вообще начинался этот вечер. Обо всех своих мыслях, сомнениях и прочем.

В этом мире остались только мы и наша близость, пламенем бегущая по венам и превращающая нас в костры. Со своим огненным наследием я рисковала сделать это по-настоящему, потому что мои пальцы и ладони просто горели, но ничего такого не произошло.

Нортон словно впитывал мою магию, а суть его драконьей силы во мне отзывалась с такой яростной мощью, что все ощущения возрастали десятикратно. Поэтому когда меня накрыло наслаждением, я на миг выпала из реальности и почувствовала себя летящей сквозь звезды, пространство и время.

Наверное, такое могло бы быть, если бы я летела на драконе, но фраза про «покатаешь меня на своем драконе» сейчас прозвучала бы еще более двусмысленно, чем про чувство собственной важности.

Поэтому я просто моргала, приходя в себя, а Нортон сполз в кресло и утянул меня за собой к себе на колени.

— Лучший десерт в мире, — произнес он.

— М-м-м-м…

Это все, на что меня сейчас хватило.

Он убрал налипшие мне на лицо прядки и обнял с такой силой, что что-то хрустнуло. К счастью, в корсете платья, а не во мне.

— Никому. Никогда. Тебя не отдам, — произнес он.

— Даже если я сама захочу?

— Ты не захочешь.

— С чего бы это?

— После такого, Алиса?

Я закатила глаза.

— Да, чувство собственной важности у тебя такое же, как у твоего отца.

— У меня больше.

Сил снова ржать у меня сейчас не было, поэтому я просто уткнулась лбом ему в плечо и глубоко вздохнула. Никогда и нигде мне не было так уютно, как в этих объятиях сейчас. В его объятиях. Наверное, это и был мой дом, сквозь миры и пространства, и осознание этого вдруг ударило по мне с такой силой, что мне стало страшно.

Я поняла, что такие чувства позволять себе невероятно опасно.

Потому что если их разобьют… осколки просто тебя уничтожат.

— Что ты там себе опять надумала? — поинтересовался Нортон.

— Ничего.

— Ну да, ничего. — Он взял меня за подбородок и заставил посмотреть ему в глаза. — Я уже достаточно тебя изучил, Алиса. Знаю, как ты напрягаешься, когда в твою голову приходят странные мысли. И как злишься. И когда ты счастлива. Я знаю о тебе слишком много и хочу узнать еще больше. Так что? Поделишься?

Я снова рвано вздохнула.

— Мама очень любила отца. А он любил другую. Он женился на маме, потому что та девушка вышла замуж за его школьного друга. Выбрала его. И она это знала. Они ходили к нам в гости, а мы к ним. У них родились дети, и мы даже дружили. Я ничего не знала тогда. Не знала, что… Ее это убивало и в конце концов убило. Через болезнь. А отец… он все-таки ушел, когда мне было двенадцать. К другой, не знаю, как у них там сложилось, я не общалась, но мы остались вдвоем с мамой, и мы… как-то жили, пока…