Книга Дневная жена незрячего Дракона, страница 46 – Хель Сорго

Тем временем ветер на улице бушевал с такой силой, что поезд шатало, будто он являлся на самом деле мореплавательным судном, которое с обеих сторон били сильные волны.

Сандел, у которого единственного из нас получалось уверенно стоять на ногах, взял Тосю на руки, защищая малышку от падения или случайного столкновения с кем-то из нас.

Эрик двумя руками вцепился в столик. Я держалась за балку, что соединяла нижнюю полку с верхней, а Милит пыталась усидеть на сидении, в которое вцепилась до бела в пальцах.

— Что он делает? – перекрикивая шум, спросила я.

Сандел лишь поморщился в ответ:

— Чудит, тварь эдакая! Ему бы подрезать нрав и вбить в голову терпеливость, а не грозить смертным приговором. Цены бы графу не было.

Видно, что Сандел подбирал слова так, чтобы не было слишком явным его волнение за дракона.

Я решила, что пока умолчу о том, что Милит всё известно. Как-никак, а зла этой женщине не желаю и не хочу, чтобы она пострадала… А, возможно, мужчины бы предпочли подстраховаться, я пока мало знала их, поэтому нет-нет, а всё ж таки с подозрением смотрела в сторону обоих.

Голову терять нельзя, даже несмотря на безумное обаяние графа. И огромный дракон, который размахом крыльев сейчас умудрился поднять к самим небесам сугробы с земли и закрыть свет солнца, мне это напомнил, слегка отрезвив.

Зато поезд тронулся. Сначала нехотя, затем всё быстрее и охотнее набирая бег.

Похоже, машинист был готов не жалеть свой транспорт, лишь бы скорее добраться до ближайшего городка и доложить о происшествии. А точнее – сбежать от дракона.

Теперь меня волновало только одно – как Райдо вернётся в поезд? И если не сможет вернуться до станции, будут ли пересчитывать и проверять документы пассажиров, вычисляя, был ли Эстерхейз среди нас?

Если у Райдо получится, беда нас минует.

Он убавил бы тем самым для себя риски – дознаватели не пробыли бы в поезде так долго, приехав сюда выяснять, кто виновен в остановке и как решать проблему. А значит, и ночевать лишний раз не пришлось бы в таком оживлённом месте.

Но если Райдо в поезд не попадёт?

— Красота, – выдохнул Эрик, уже успокоившись, во все глаза глядя на снегопад за окном и деревья, с которых всё ещё с глухим шумом слетали снежные шапки.

Мы с Милит тоже прильнули к окну.

На губах против воли заиграли улыбки.

Где-то из соседнего купе раздались весёлые звуки флейты и бубенчиков. Видимо красота и восторг побеждали страх. Люди, как и мы, решили, что это мгновение стоит ликования больше, чем ужаса с паникой.

Но когда дверь нашего купе открылась, я поняла, что ошибалась в своих недавних рассуждениях…

Райдо заботился не о себе. Проявил вовсе не нетерпение. Тревожили его не лишние ночи с возможными дознавателями в поезде.

— Ну что, малышка, – тяжело дыша, принеся с собой запах чистоты и мороза, весь облепленный снегом, сияющий открытой улыбкой и будучи весь растрёпанный, граф протянул к Тосе руки и забрал её у Сандела, – голодать ты не будешь. На первой же остановке сойдём, снимем номер, отдохнём и покормим тебя, как надо, да? – и уселся с ней на руках, как ни в чём не бывало, на край лавки, устало прикрывая глаза.

Мы ехали дальше спокойно и, на удивление, молча.

Никому разговаривать не хотелось, даже Эрику. Малыш будто понимал всё и не знал, что можно спрашивать при Милит, а что не стоит.