Книга Дневная жена незрячего Дракона, страница 32 – Хель Сорго

Горе-бандит же, как ни в чём не бывало ответил графу с видимым удовольствием (титулованных особ он никогда, насколько помню, не любил), по-кошачьи жмуря глаза:

— Да Кристин просто блондинов любит, вроде как. И император ей не по нраву. А графы и им подобные все, как один, ему ботинки целовать готовы! На такого, как вы, она бы даже не взглянула, разве что одарила бы презрением.

С каждым словом его Райдо мрачнел (и я понимала, почему ещё – он-то, граф Эстерхейз, точно в ногах у правителя ползать не стремился), а я напрягалась, ожидая, что бандит скажет что-то такое, что опровергнуть мне будет уже куда сложнее. И что бросит на нас с Райдо тень подозрений.

Так и случилось:

— Да и за делом своим она замужем! Травки, лекарства, все дела. Хоть и женщина, а помешалась совсем на этом, – договорил грабитель и собирался добавить что-то ещё.

Поэтому я, не найдя ничего лучше, стянула с ноги сапожек и запустила им прямо в нахальную физиономию мужчины.

Всё произошло где-то в середине сказанного им и произвело такое всеобщее впечатление, что, кажется, наши попутчики либо не расслышали слов о деле или вмиг забыли об этом, ожидая гнева грабителя и расправы над нами за мой поступок.

Карлу удалось отступить подальше, позволяя своей жене спрятаться за его спиной, вцепившись ноготками в его плечи, явно оставляя на них маленькие синяки.

Мой граф поднялся, буравя грабителя тяжёлым взглядом.

Сам же Савели – так его звали – растерялся и замер, крутя в пальцах мой сапог, медленно багровея от негодования.

И лишь Эрик нашёлся, что сказать, собрав всю смелость свою в детский маленький кулачок, правильно расценив ситуацию:

— Это моя тётя, – зазвенел его голос на всё купе, – Крис Керрол. С дочерью и мужем. Вы обознались! И ведёте себя недопустимо. Верните ей обувь, на… – тут он осёкся, сомневаясь, стоит ли продолжать, поймав на себе колкий взгляд мужчины, но всё же выпалил: – нахал!

Грабитель рассмеялся и действительно протянул мне сапог.

Однако веселился он недолго. Все вдруг осознали, что поезд уже вовсю мчится по рельсам, а в коридоре подозрительно тихо.

Подельники наверняка бросили его здесь одного, а значит, на станции Савели будут поджидать стражи и самостоятельно ему от них не уйти. Тем более учитывая, что граф Райдо явно не собирался оставлять ему даже попытки на это.

Не успела я и моргнуть, как мой новоиспечённый муж скрутил этого громилу с такой лёгкостью и проворством, какому позавидовал бы самый опасный зверь и ремнём связал ему руки за спиной, ногой отфутболив сумку к Карлу, чтобы тот вернул своей жене драгоценности.

Милит, в полуобморочном состоянии, заулыбалась, возвращая себе на шею колье и потянула Карла за руку, заставляя того присесть рядом с ней.

Я же, пользуясь случаем, поспешила за графом, который выволок бандита в коридор, оставив на наших попутчиков, к сожалению, одного лишь Эрика. Малышку им не доверю, пока они столь бледны и взбудоражены!

Поэтому, с ревущей во всё горло Тосей, под аплодисменты выглядывающих из-за дверей пассажиров, я спешила за графом и грязно ругающимся на него Савели.

— Постой, Райдо! Куда ты его? – зашептала я, поравнявшись с ними.

— К проводнику, – ответил он, чудом расслышав меня за шумом в вагоне и плачем ребёнка. – Пусть сидит там, пока до станции не доедем.