Книга У(лю)бить дракона, страница 67 – Александра Гусарова

Азардин встал, потянулся и сказал таким домашним тоном, словно не он сейчас торговался не на жизнь, а на смерть:

— Щучьи головы у тебя очень вкусные, ты их где берешь?

— У меня скатерть-самобранка. И я не имею ни малейшего представления, из какого заведения она мне их доставляет.

— Опять все в секрете держишь, — надулся он в ответ. — Помрешь, а где щуки продаются, так и не скажешь.

А дальше совсем без перехода известил:

— Я пришлю к тебе своих поверенных. И через них уточним место и время поединка.

— Рига, выходи! — позвал меня Лекс. И когда я вышла из чулана, насмешливо выгнул бровь:

— Солнышко мое, ты совсем честная женщина или все же догадалась подслушать наш разговор?

— Бомбардилл, обижаешь! — поморщилась я. Хотя было приятно вдруг стать солнышком. Кажется, он удивился моей реплике. А я продолжила, как ни в чем не бывало. — Я женщина или кто? Конечно, подслушала.

— И что скажешь? — он внимательно посмотрел на меня.

— Зачем ты согласился на этот дурацкий поединок? Тебя же могут убить, — вспылила я.

— И что? Тебе же лучше будет. Ты сразу освободишься от навязанного договора с Арини. И рожать от меня не надо, и убивать меня тоже незачем будет. Я сам помру, — фыркнул он.

— Я не хочу, чтобы ты умирал! И ребенка от тебя я хочу! — возмутилась в ответ.

— Тогда поцелуй меня, — Лекс прищурил один глаз, словно играл со мной в кошки-мышки. — Но не в щеку. А по-настоящему поцелуй.

— А ты за это не пойдешь на ваш дурацкий поединок? — выдвинула я встречное требование.

— Сначала поцелуй, потом отвечу, — он прищурил другой глаз и наклонил голову в другую сторону.

И тогда я, разгоряченная услышанным и нашим спором, шагнула к креслу, в котором он по-прежнему сидел, схватила его за полысевшие ушки, притянула к себе и впилась губами в его рот.

Со стороны это картина, наверное, смотрелась уморительно. Да вот только целовалась я, как и положено, с закрытыми глазами. И даже не поняла, как оказалась на его коленях, а он полностью перехватил инициативу. И опять ощутила диссонанс. Мусорщик ощущался совсем не так, как видели его мои глаза. Под руками я ощущала крепкие мышцы, перекатывающиеся под одеждой. Плечи были намного шире тех, которые я лицезрела минуту назад. И сидела я на мощных мужских ляжках, а не на тощих палочках, которые были у дракона.

Я даже приоткрыла глаза и проверила. Но по факту обнимал меня все тот же дракон с очень странной, не драконьей внешностью. Я, честно говоря, немного расстроилась. Однако закрыла глаза снова и продолжила с упоением целоваться.

Когда же он меня, наконец, выпустил из объятий, я вскочила на ноги, уперла руки в бока, как торговка на базаре, отстаивающая честь своего товара, и, ткнув его пальцем в грудь, переспросила:

— Ну что, не пойдешь на поединок?

— Нет, теперь точно пойду! — внезапно счастливо рассмеялся Бомбардилл.

— Святой Элмак, за что мне такие мучения! — я возвела глаза и руки к потолку. — Только нашла мужчину, с которым мне нравится целоваться, как он всеми силами стремится сдохнуть!

Он перехватил мою правую руку и, поцеловав ладонь, успокоил:

— Не бойся. Я обязательно выйду победителем. И, если хочешь, твоего бывшего в живых оставлю. Пусть со своим ребеночком нянчится, — при этом его глаза хитро блеснули, словно он знал какой-то подвох.