Книга Ненужная жена. Хозяйка кошачьего приюта, страница 36 – Алиса Князева

— Я вернусь за вами, — шепчу я, задерживая руку на голове кошки-матери. Та смотрит на меня с таким выражением, что сердце сжимается. — Обещаю.

Когда я выхожу, Томас уже ждёт меня у двери. Он ничего не говорит о случившемся, только смотрит с каким-то нечитаемым выражением.

В доме Дарис неожиданно уютно и чисто. Несмотря на очевидную бедность (впрочем, после замка Кайна разве что королевский дворец не покажется бедным), всё выскоблено до блеска, полы подметены, в печи потрескивает огонь. На стенах — несколько простых, но красивых полотенец с вышивкой.

— Садитесь, — указывает Дарис на лавку у стола. — Чаю налить?

Я киваю, не в силах поверить, что та же женщина, которая минуту назад собиралась топить беззащитных созданий, сейчас предлагает мне чай, как давней подруге.

— Так расскажите, как вы оказались здесь? — спрашивает она, наливая в глиняные чашки тёмный, ароматный отвар. — У нас тут редко бывают новые лица, особенно… такие, как вы.

Я понимаю, что она имеет в виду. Даже растрёпанная и уставшая, я всё равно выгляжу не так, как местные. Чувствую, как на щеках выступает румянец. Что ей сказать? Что мой муж изгнал меня, оставив лишь кошку и полуразрушенный дом? Что я вчера впервые в жизни ночевала в чужом доме, потому что мой собственный может обрушиться мне на голову?

— Это долгая история, — наконец говорю я, делая глоток чая. Он горьковатый, но согревает. — Я получила дом в наследство в… очень сложный жизненный период. Думала, это решит мои проблемы, но, похоже, они только начинаются.

Дарис хмыкает, почти с пониманием.

— Дом Серайз давно стоит пустой, — говорит она, доставая из шкафа небольшой мешочек с мукой. — Наверное, там всё прогнило насквозь. Мы, право, думали он так и останется пустым, да сложится если не в этом, то в следующем году. Держите, это вам на первое время. И вот ещё…

Она начинает собирать на стол разные предметы — кусок жёлтого мыла, огарок свечи, горсть крупы, завёрнутую в тряпицу, маленький мешочек соли. Добавляет немного вяленого мяса, лук, морковь.

— Это хоть на пару дней хватит, — объясняет она, не глядя мне в глаза. — Потом можете приходить ещё. Томас говорил, вы платить собираетесь?

Я касаюсь серёжек в ушах.

— Это всё, что у меня есть ценного, — говорю честно.

Дарис качает головой.

— Не нужно мне ваших украшений. Может, я и не самая добрая женщина в округе, но помочь попавшему в беду завет драконьих богов велит. Вот только совет вам дам — утопите всех этих кошек. Проблем меньше будет. Одна ещё ладно, но четыре… Они всё ваше молоко выпьют, если оно у вас будет, конечно.

Её слова вызывают во мне новую волну возмущения, но я сдерживаюсь, понимая, что эта женщина имеет право думать не так, как я.

— Не могу, — отвечаю я просто. — Они живые создания, и я не могу причинить им вред.

— Ваше дело, — она пожимает плечами. — Только потом не говорите, что я не предупреждала.

Томас, всё это время молчавший у двери, наконец подходит к столу и начинает собирать вещи в холщовую сумку, которую извлекает из кармана своей куртки.

— Спасибо, Дарис, — говорит он. — Мы пойдём теперь. Нужно осмотреть дом до полудня.

Та кивает, провожая нас до двери.

— Заходите, если что понадобится, — говорит она мне, и в её голосе неожиданно слышится искренность. — И извините за… ну, за то, что вы видели. Просто я не знала, что делать с ними.