Книга Попаданка в законе, или развод с драконом, страница 5 – Майя Фар

«Я и вправду отупела. Что я вообще думаю? – подумала я. – Что значит – у меня нет времени? У меня полно времени! Я всё время дома!»

И я пошла прочь от дворца Правосудия. Теперь я была уверена, что он не выйдет.

Конечно, на обратный билет мне хватило только на поезд. На поезде до дома я добиралась два дня. Зайдя в дом, я увидела взволнованные лица детей, и мне стало совестно; лицо свекрови выражения не изменило.

И поэтому я, сказав только, что всё нормально, что я ездила к подруге в столицу, поцеловала детей, убедилась в том, что они не голодные, и ушла в нашу с Фредериком комнату.

А на следующий день приехал Фредерик.

Мы сидели и завтракали, свекровь, как обычно, сверкала глазами, но почему-то не стала ни злорадствовать, ни ехидничать по поводу моего отсутствия.

Дверь открылась, сын вскочил и с криком «Папа приехал!» подбежал и повис на нём. Сразу же заслужил замечание от свекрови, которая сначала посмотрела на меня, но, увидев, что я не реагирую, высказала сама:

— Эрвин, сядь, будь добр.

Я взглянула на Фредерика и увидела, что он стоит как истукан и как-то механически гладит сына по голове. Он быстро проговорил:

— Тильда, нам надо поговорить.

— Говори, – сказала я, не собираясь облегчать ему задачу.

— Что, прямо здесь? При детях? – удивлённо спросил мой блудный супруг, даже не поинтересовавшись, как я добиралась из столицы.

— А что скрывать? Пусть знают, – сказала я, еле сдерживаясь, чтобы не сорваться на истеричный крик, – они уже взрослые. И мама твоя уже в курсе, просветила меня, – сказала я.

— Зачем ты так, Тильда? – сказал вдруг ставший мне чужим любимый человек.

«Держись, Матильда», – сказала я себе, прикусив щёку, чтобы остановить предательски подступающие слёзы.

— Говори уже, Фред, – сказала я и краем глаза заметила, как поморщилась свекровь. Она считала, что я не должна называть мужа, особенно при детях, коротким именем.

Сначала я пыталась с ней подружиться, но довольно быстро поняла, что это дело бесполезное, и просто стала её воспринимать как предмет мебели.

Фредерик присел к столу, я едва не метнулась поставить ему чашку кофе, волевым усилием остановила себя. Взгляд отметил некоторую бледность: возможно, он тоже не воспользовался порталом и ехал на поезде.

«О чём я думаю? Я превратилась в курицу-наседку над собственным мужем!»

— Тильда, я приехал ненадолго, только взять кое-что из вещей и договориться, – наконец‑то сказал он.

— Дети, – произнесла свекровь, поднимаясь из-за стола, – пойдёмте, здесь взрослые разговоры.

— Но мама разрешила нам остаться, – сказал сын и переглянулся с младшей дочерью.

— Ваша мать не в себе, – поставила мне диагноз свекровь.

«Вот же старая гадина! Это она ещё не знает, как я могу быть не в себе».

Я повернулась к детям: действительно, пусть пока идут в школу, а я поговорю с Фредериком.

— Идите, вам уже пора собираться в школу, а мы с… с папой поговорим, – сказала я.

Сын набычился, он у меня вообще был такой упрямый, но я улыбнулась и сказала:

— Я вам всё потом расскажу, обещаю.

Когда дети ушли, Фредерику явно полегчало, и он быстренько выдал мне, что полюбил и уходит от меня к ней. И что между ними возникло влечение, и они не стали сдерживаться.

— Да, Тильда, я виноват, я изменил тебе, но у меня не было возможности тебя предупредить, всё произошло так внезапно.