Книга Трактир попаданки "Волшебный кабачок", страница 25 – Натали Берд

— Можно! — буркнул он в ответ.

— Ответь мне, почему дома не ночуете?

— Не положено! Трактир оставлять без присмотра нельзя было. — взглянул на Агату, с удовольствием уплетавшую жареную колбасу, глянул в свою полупустую тарелку, а затем перевел взгляд на сковороду, в которой еще каждому была припасена добавка.

Я все поняла без слов, поднялась и бахнула все, что осталось мальчику.

Он замер, поднимая на меня изумленные глаза.

— Ешь! — скомандовала, пододвигая к нему тарелку. — Почему твой брат от дома не уходит?

Понимала. Что не из-за меня он здесь вьётся. Но, что-то давно спавшее во мне — проснулось, требуя мужского внимания.

— Это у него спрашивай, он вообще последнее время странный ходит. Машка вон каждое утро к нему прибегает, а этот даже за ворота к ней выйти отказывается.

Мое сердце словно ледяной ладонью сжали, вдох сделать забыла, пристально в мальчишку вглядываясь.

— У Бора невеста есть? — мой голос больше напоминал шелест осенней листвы — дунь, осыплется, оставляя после себя голые мертвые ветки.

— Ну была, — пожал плечами Фима, — а ты чего? Понравился он тебе, да? — хитрый прищур глаз, как у брата, та же улыбка.

— Нет! — как можно спокойнее произнесла я. — Просто перед его девушкой тогда неудобно. Отвлекаю его.

Врала, сама себе! Я думала, что вот он шанс, а, оказывается, и этот несвободен! Снова на старые грабли наступила. Видимо, лучше одной оставаться, чем каждый раз удара в спину ждать.

Ребятишки позавтракали и сытые выкатились на улицу, причем в буквальном смысле слова. Агата, запнувшись о порог, ухватилась за Серафима, а тот, не удержавшись, но сграбастав девочку в охапку, упал вместе с ней на дощатые полы крыльца.

— Осторожно! — только и успела воскликнуть, когда увидела этот падающий клубок.

— Все хорошо! — донеслось откуда-то снизу, а довольная моська моей дочки свидетельствовала о правдивости возгласа.

— Мама, я гулять с Фимой пойду, можно? — Агата поднялась, отряхивая грязные коленки.

— Нет! — Мой ответ был быстрым. Но, заметив губы в трубочку, и подрагивающий подбородок, пришлось тут же пояснять. — С вами схожу, лишь посуду вымою. Одна никуда ходить не будешь. Я заблудиться могу, пока тебя искать буду.

— Хорошо! — радостно запрыгала дочка, спускаясь во двор. — Мы тогда грядки пойдем поливать.

— А они имеются? — уже повышая голос, задала вопрос, удаляющимся ребятишкам.

— Да! Много! — они скрылись за углом таверны, а я пошла следом, знакомиться со свалившимся на голову наследством.

Спустившись по нагретым солнцем ступеням, задрала лицо к небу, подставляя его под ласковые лучи.

Мимо меня пролетел шмель, спеша по своим неведомым делам, грозно гудя крыльями. Птахи, сидящие на ветках яблони, оказывается, прямо во дворе росла одна такая, огороженная небольшим штакетником, выводили свои трели, весело подсвистывая друг — другу. Бабочки, порхавшие с цветка на цветок, пролетая мимо, задевали своими мягкими крылышками кожу, нежно щекоча ее.

Воздух звенел от наступающего летнего зноя.

— Как же хорошо! — прошептала, вдохнув полной грудью духмяный аромат лета.

Постояла еще совсем чуть-чуть, а потом направилась за детьми, весело чирикающим, где-то за углом большого дома.

— Агата! — позвала, заворачивая по тропинке и останавливаясь от удивления.