Книга Попала в книгу Главной злодейкой, страница 46 – Елена Звездная

Я видела, как желваки задергались на его скулах. Мои слова вырывали его из дурмана «удовольствия», возвращая в реальность, где за порогом ждала торжествующая вдовствующая императрица.

— Тетушка хочет, хочет, чтобы вы стали «почтительным и послушным ее воле», — я сделала еще шаг назад, к окну, в которое все еще врывался прохладный ночной воздух. — Так вот, Ваше Величество, если вы так жаждете этой ночи, докажите, что вы все еще Император.

Я вскинула подбородок, глядя на него с тем самым вызовом, который когда-то заставил Эрмери пойти против правил.

— Сначала вы лишите ее власти. Официально. Сейчас. Пока ваша воля еще принадлежит вам. Напишите указ о ее ссылке или аресте — за покушение на ваше здоровье, за использование запрещенных средств, за все, что она совершила. Сделайте это, и тогда… — я сглотнула, понимая, на какой риск иду, — тогда ночь будет только нашей. Не ее триумфом над вашим разумом, а вашим собственным выбором.

Император пристально смотрел на меня, и в его синих глазах медленно, мучительно начала проступать осознанность. Мужчина внутри него все еще требовал своего, но Император — тот, кто годами боролся с интригами — начал просыпаться.

— Ты предлагаешь мне сделку? — его голос стал чуть чище, лишившись части звериных ноток. — Указ в обмен на… твое спасение?

Он выделил слово «твое», как попытка оправдать мое предложение исключительно моими интересами. А мне нужно было, чтобы он сейчас подумал о себе.

— Указ в обмен на то, чтобы завтра вы стали свободным человеком, а не «послушным сыном», — отрезала я. — Если вы подпишете указ сегодня, завтра вашей «матушке» будет некому отдавать приказы. И даже если ваша кровь на время успокоится после нашей близости, ее власть уже будет разрушена вашим сегодняшним решением.

Странная ухмылка тронула его губы — в ней не было веселья, лишь ледяная усмешка игрока, который внезапно увидел, как пешка пытается объявить шах королю.

— Но ты же ее племянница? — голос властителя прозвучал вопросительно, почти вкрадчиво.

В этом коротком вопросе было заложено многое — напоминание о крови, уточнение моих мотивов и скрытое предупреждение о том, что подобное предательство заставит всю семью отвернуться от меня. Он прощупывал почву, пытаясь понять, не является ли мое предложение очередной, еще более изощренной ловушкой вдовствующей императрицы.

Но я не была той Лириэль, которая служила инструментом в руках тетушки. На мнение «семьи», которую я в глаза не видела и которая в оригинале книги с легкостью пожертвовала мной, мне было, откровенно говоря, плевать. В моем настоящем мире верность не покупалась родственными связями, особенно когда эти «родственники» подкладывают тебя под одурманенного Императора ради власти.

— Моя семья сделала свой выбор, когда отправила меня в этот замок, — произнесла я, делая шаг к нему, так что жар от его тела снова коснулся моей кожи. — Теперь мой черед выбирать. И я выбираю не быть марионеткой. Ни ее, ни вашей, ни их.

Я видела, как его бровь чуть изогнулась. Мое полное равнодушие к судьбе рода Лириэль явно не вписывалось в его картину мира. Для него, выросшего в паутине династических обязательств, свобода от «своих» казалась либо безумием, либо высшей степенью цинизма.

— Значит, ты готова стать изгнанницей ради того, чтобы я не стал рабом? — Император выпрямился, и в его облике снова проступила та властная мощь, которую не смог выжечь даже афродизиак. — Ты понимаешь, что если я подпишу этот указ, пути назад для тебя не будет? Твоя тетушка не простит. Семья лишит тебя имени.