Книга Лисий переполох, страница 42 – Екатерина Боброва

— Быстрее одевайся! – проорали внезапно над ухом.

От неожиданности я чуть под воду не ушла. Кто же так пугает?!

Отплевалась от попавшей в рот воды, перевернулась, посмотрела вопросительно на призрака.

— Младший господин послал слугу, чтобы проверить клеймо на твоем теле.

— Что? – выдохнула потрясенно, цепляясь за бортик.

— Вот же глупая! – замерцал разозленно призрак. – У людей императора есть клеймо полного подчинения. Он подозревает, что тебя подослали. Это правда? Ты из дворца?

И отшатнулся в испуге, став молочно-белым.

Вот с какого перепуга меня здесь каждый подозревает? Едва с ярлыком «лисий дух» смирилась, новая напасть – император и какое-то клеймо.

— Я в жизни живого императора не видела, только на картинках. Клянусь.

С чего-то решила быть честной.

— Ладно, верю тебе. Вы, лисы, обычно держитесь от власти подальше, - хмуро согласился пацан и скомандовал: - Вылазь давай, я отвернусь. Нечего тело свое чужим показывать. Нехорошо это, пусть ты и не человек.

Надо же… Моралист какой.

— Снаружи покарауль, - попросила я, и призрак исчез в стене.

Хорошо хоть голову успела с помощью служанки помыть. Здесь это непростая процедура – душа нет, а лить себе на голову из кувшина та еще морока. Вдобавок само мытье – целый ритуал с омовением рисовой водой, нанесением на волосы отвара корня солодки, настоя из лепестков жасмина и споласкиванием разведенным в воде лимонным соком. Зато волосы после такого становятся сами на себя непохожи: живые, блестящие и гладкие.

Я поправила намотанную на голове повязку, протянула руку за куском хлопковой ткани, которая здесь заменяла полотенце. Поднялась из воды, прикрываясь.

Вот когда я пожалела, что по пьяни согласилась отметить восемнадцатилетние нанесением тату. Когда твоя подруга кошкой влюблена в мастера по татуировкам, рано или поздно ты оказываешься в его салоне.

Я не хотела знать, что скажут местные, узрев дракона: маленького такого, хорошенького, с крыльями и длинным хвостом, парящим на моем правом бедре. Подозреваю, ничего хорошего, потому что мастер изобразил его с четырьмя когтями на одной лапе и пятью на другой. Ну а пятикогтевый дракон, как я твердо помнила из лекций по истории искусства, был исключительной привилегией императора. Тогда я знатно повеселилась, в шутку называя себя правителем… Теперь мне было не смешно… Права была мама, называя тату с драконом расплатой за мой бунтарский дух.

Я едва успела накинуть нижнюю рубашку со штанами, как вернулся дух.

— Что ты копаешься?! – возмутился он. – Этот идиот – нет, ну надо же иметь столь исполнительных слуг – уже дыру проковырял и свой глаз в нее засунул! Если бы мог – пнул бы его в тощий зад, - добавил пацан со злостью.

Я благоразумно промолчала. Вопросительно двинула бровями.

— Там он, собачья башка, - кивнул он на правую стену.

Наклонившись, я зачерпнула полный кувшин воды, метнулась с ним к правой стене, поддела ставню, оттопырила ее и, выставив наружу кувшин, выплеснула воду наружу.

Благодарностью мне стал придушенный вопль, который очень быстро стих, а следом раздался топот удалявшихся шагов.

— Как ты его!

Восхищение призрака неожиданно польстило.

— Сам напросился, - пожала плечами, ставя кувшин на место и одеваясь. Меня ждала жаровня и сушка волос, а еще пара учебников и десяток названий трав, чтобы вызубрить их к завтрашнему дню. Ну и надоедливый призрак… куда без него.