Книга Холодное сердце, страница 2 – Кристина Лин

Мои глаза заблестели и Пашка улыбнулся.

— Предлагаю пари, — сказал он. — Если ты приведешь на новогодний корпоратив Марго, влюбленную в тебя, то Винсент твой. — Он сверкнул глазами, глядя на меня, а я задумался.

С одной стороны — мне очень хотелось получить такую дорогую игрушку в свою собственность. С другой — мы все же о Марго говорим, блть… Как ни крути, выбор тяжелый. Я вспомнил ее стройную фигурку, упакованную в брендовый деловой костюм, и сглотнул слюну. А потом вспомнил этот ее ледяной взгляд, которым она обычно смотрела на меня, и у меня от страха похолодели руки.

— А тебе это зачем? — спросил я друга и, по совместительству, коллегу по работе.

— Если у нее мужик будет, она сразу подобреет и все в офисе выдохнут с облегчением.

— Совсем тебя достала, да? — спросил участливо, вспомнив, как железная леди отчитывала Пашку на вчерашнем совещании. Друг закивал, поднося ко рту стакан виски.

Наверное, он давно мог бы найти другую работу, как и я. Но тут мы получали неприлично хороший процент по сделкам компании. А, благодаря хваткому уму нашего гения в юбке, эти контракты всегда были до безобразия прибыльными.

Я знаю, что нравлюсь женщинам. Это не самоуверенность, выгляжу я привлекательно, и самочки слетаются, как пчелы на мед. Получить в свою постель любую красотку в этом баре для меня дело нехитрое. А от того, скучным. Я заранее знаю, что добьюсь своего, и это обесценивает саму победу. Другое дело — получить в свою постель такого крепкого орешка, как Марго. Пожалуй, это было бы интересно…

Хотя… представить ее млеющий от нежных комплиментов или стонущей от оргазма в постели, было так же сложно, как сдать ей финансовый отчет без ошибок с первой попытки.

— Ну как? Вывезешь? — спросил Пашка. Он сформулировал вопрос так, что я должен был или согласиться, или расписаться в своей беспомощности. А вот в беспомощности перед женщиной я бы не сознался даже под дулом пистолета. Пашка понимает, что бьет по больному, спрашивая так. Но, видимо, последний гневный опус нашей начальницы довел его до крайности.

— Вывезу, — ответил смело, и опрокинул в себя остатки виски.

Завтрак — триста пятьдесят калорий. Плюс кофе, только черный, никаких сливок и сахара, чтобы сжечь лишнее, вдруг это лишнее прилипнет? С тем ритмом жизни, который есть у меня при моей работе, времени на тренажерный зал просто не остается. Приходится постоянно держать в уме нескончаемый подсчет, чтобы не набрать лишние килограммы.

В юности я была полноватой и до сих пор хорошо помню насмешки, которые получала в свой адрес. И мне совсем не хочется повторения. Да, что там! Я до смерти этого боюсь. Но был в этом всем и большой плюс — вынужденная необходимость все время считать съеденное не давала моей памяти расслабиться и я натренировала ее так, что могла уже легко запомнить все основные строки итогового отчета. Все вокруг считают меня зубрилой, а я просто привыкла жить, все запоминая.

В офис захожу, как всегда, раньше всех. Сегодня понедельник и сотрудники после выходных весьма неохотно возвращаются на рабочие места. А зря! Я ведь запомню каждого, кто позволит себе опоздать. Ненавижу непунктуальность! Это безответственно и неуважительно к тем коллегам, которые пришли вовремя.

Привычно разгребаю почту, которой насыпалось за выходные достаточно. Не знаю, что делают наши системщики, но спам мне продолжает приходить. Неужели так трудно все-таки настроить, чтобы вот этого всего мусора не было? Нужно сказать им об этом. Снова. Делаю себе пометку в блокноте.