Книга Любовник, страница 87 – Кристина Лин

Беру в руки мобильный и набираю номер нужного человека. Редко к нему обращаюсь, стараюсь не грузить по пустякам. Но тут дело не пустяшное, а очень даже важное. На миллионы в год, блять, серьезное.

— Добрый день, Юрий Михалыч, — говорю в трубку, — Жданов беспокоит.

— Добрый, — отзывается Михалыч, — что случилось? Жданов по пустякам не звонит.

Мы познакомились с ним три года назад, когда моя служба безопасности вычислила слежку. Мой конкурент нанял его, чтобы нарыть убойный компромат. Но я оказался проворнее, и договорился с Михалычем, что позволило в конечном счете избавиться от конкурента. Тот сам себя закопал, когда попытался закопать меня. С тех пор я периодически обращаюсь с Михалычу. Но стараюсь делать это только в особо крайних случаях.

— Мне нужно, чтобы ты установил слежку за моей женой, — говорю, усилием воли сдерживая раздражение в голосе. Все-таки, Ленка меня основательно так выбесила своим поведением и угрозами. Душу на изнанку вывернула. — Возьмешься? Потом сочтемся, в долгу не останусь.

— Возьмусь, не вопрос, — отвечает Михалыч, и меня это немного успокаивает.

Все-таки лучше держать ситуацию под контролем. И, если я не в состоянии вычислить шпиона внутри компании, то есть надежда поймать свою супружницу на горячем, когда она со своим информатором встречаться станет.

— Отчет, как обычно, через две недели, — сообщает мне Михалыч привычные детали.

У него на все задачи такой срок. Обычно этого достаточно, чтобы узнать об интересующем объекте все, вплоть до цвета трусов. Хоть последнее мне без надобности теперь.

— Устраивает, — соглашаюсь, кивая, забыв, что собеседник не видит меня при телефонном разговоре.

— Тогда до связи, — прощается Михалыч.

— До связи, — отключаю звонок.

Давно нужно было это сделать. Но я все медлил, хотел договориться по-доброму. Но Ленка, ко всему прочему, оказалась еще и кровожадной. И мне придется поставить ее на место, а ее покровителя — на колени.

Допиваю виски и отставляю стакан на журнальный столик. Я даже не включил свет, когда вернулся в апартаменты сегодня вечером. Моя феечка побывала уже здесь днем, и паху болезненно заныло от воспоминаний о том, как разложил ее на этом же диване. Быть может, и стоило бы отпустить ее, ведь так долго мой роман на стороне еще никогда не продолжался. Только у меня совсем нет желания давать ей вольную.

Да и как ее отпускать? Стоит вспомнить, руки дрожать начинают, слюни текут. Так бы и зацеловал мою конфету, вылизал везде мою сладкую, горячую девочку. Бабы и раньше стонали подо мной. Но раньше никогда меня так не вело от одного присутствия женщины. Руки чешутся, так хочется сомкнуть их на ее булках. Там им самое место, ага.

Нельзя ее отпускать. Моя она. Это я понял, когда она мне бойкот объявила после грубого минета в моем кабинете. Воспитывает меня, как пацана малолетнего. Весьма успешно, кстати. Столько времени и сил потратил, чтобы она меня простила, самому странно. Даже квартиру купил, только бы она простила.

Самый дорогой минет в моей жизни, блять! Теперь ни-ни, с ней так нельзя, помню, ага.

Только лаской можно, хоть и рвет крышу иногда. Ну, ладно, всегда. А как иначе? Вкусная такая, сочная, кончает так сладко, что пиздец. До боли член сжимает, будто не трахалась ни с кем год, не меньше. За гранью, блять! Как в жестком порно, только круче, ярче и по живому.