Книга Любовник, страница 100 – Кристина Лин

А ощущение, что могу все испортить, настолько яркое, что хочется головой о руль биться. Будто виноват в чем перед ней. В чем-то важном. Только, в чем?

Дерьмовое чувство.

Где я так налажал? Не понимаю. Но она же сбежала от меня, все концы обрубила.

Хреново это.

Уже неделю таскаюсь в этот двор, как привязанный. А в квартиру не поднимаюсь, потому, что, сука, боюсь. Чувствую свою вину перед ней. Где-то я таки дал маху. Но, блять, в чем мой косяк?

А потом пришел полный отчет от Михалыча.

Все-то пучком у моей красавицы. Работу нашла, ага, умница моя. Могла бы от меня не уходить, я бы больше предложил. А это что? Беременность? Выписка из поликлиники. Сколько недель?

Кажется, мозг превратился в тугую вату. Я, как маразматик, вожусь с гребаными неделями, пытаясь высчитать. Чей он, этот ребенок? А вдруг, мой? Нет, не может быть. Она же говорила, что предохраняется. Может, соврала? Не знаю, что думать. Но там же еще муж был.

Блять, как же я хочу, чтобы это был мой ребенок! Потому, что тогда…

Неужели такое возможно?!

Прусь в поликлинику и даю на лапу главврачу. Плевать, сколько это стоит, мне нужно знать наверняка, чей ребенок. Торговался недолго, просто сразу предложил много.

А потом пошел обратный отсчет до того дня, как мне на почту пришел результат теста. Вероятность отцовства — девяносто девять процентов. От волнения у меня так тряслись руки, что я даже телефон выронил два раза. А потом снова читал заключение сквозь разбитое стекло смартфона и улыбался, как полоумный.

Ребенок от любимой женщины — это лучше, чем просто ребенок. Это невероятное счастье. А в том, что я люблю Лару, сомнений больше нет никаких. Кажется, до нее я вообще никогда никого не любил. Женщин было много, а той самой не было.

А теперь она есть. И скоро будет ребенок.

Мой ребенок. И ее.

Это слишком хорошо, чтобы быть правдой.

Вот теперь-то точно не отпущу. Даже, если прогонит, не уйду. Я своим не делюсь. Ни с кем. А они — мои.

Опять у ее окон ошиваюсь. Как почетный караул, бля. Не знаю, дома она или нет. А, когда вижу ее на дорожке к дому, сердце чуть из груди не выпрыгивает. Пиздец, я разволновался. Того и гляди, заикаться начну. Ну, и нахрена я ей тогда такой буду нужен?

Наблюдаю за Ларой, улавливая каждую мелочь. Ее округлившийся животик сразу бросился в глаза. И как я не замечал его все эти дни? Конечно, я же не знал. Видел мою сладкую девочку только в окне, а там вообще не рассмотреть было.

Лара заходит в дом. А я медлю. Потому, что руки, сука, трясутся от волнения. Мне бы успокоительного сейчас принять, ну, или виски на крайний случай. Колотит всего. Перед подписанием контрактов на миллионы долларов так не трясло.

А тут Ларочка, маленькая такая, хрупкая, хорошенькая, сладенькая. Моя вся. Все в ней, как надо. Еще и ребенок мой. Как в самых сладких мечтах. И меня снова ведет, теперь уже понимаю, что от счастья.

Выхожу из машины, поднимаюсь на лифте. У двери ее медлю, как пацан малолетний. Нееее, сильнее. Когда был сопляком прыщавым, так не колбасило, девчонки уже тогда за мной строем ходили. Бери — не хочу. А мне одна нужна — та самая, которая, вильнув бедрами, свалила из моего кабинета и моей жизни, забыв рассказать о беременности. Теперь вопросы отпали. Вот почему она ушла с работы, — чтобы я не видел растущий живот и не задавал вопросов.