Книга Девушка в муслиновом платье, страница 34 – Джорджетт Хейер

Эта неуместная шутка так разъярила графа, что глаза его налились кровью. Но прежде чем к нему вернулся дар речи и он овладел собой настолько, чтобы суметь высказать брату все, что тот заслуживает, его невестка, встретившая это шутливое замечание громким смехом, сказала:

— Ну-ка попридержите свой язык, Фабиан! Я знаю, что беспокоит вас, сэр, и вы в этом не очень-то виноваты! Если Хетти не воспользуется шансом и не пойдет за Ладлоу, то он по уши влюбится в эту девицу, и тогда поминай как звали! Я не говорю, что это его любовница, но готова держать пари, что она здесь не к добру. Более того, она хорошенькая. Мне ее нахальные глаза совсем не понравились, но легко заметить, что они как раз во вкусе сэра Гарета! Я хочу сказать, что сравнивать бедную Хетти с этой райской пташкой – значит лишить ее последних шансов.

Истина этих грубоватых слов стала очевидной, когда перед самым обедом Хестер привела Аманду в гостиную.

Если бы в этот момент леди Уидмор поддалась своему порыву, она с удовольствием надрала бы уши своей золовке. Одного взгляда на возникшее на пороге прекрасное видение оказалось достаточно, чтобы понять, что Хестер, которую она уже давно считала безмозглой, окончательно сошла с ума, потому что дала одно из своих платьев незваной гостье. Это розовое платье никогда не шло Хестер, но, глядя на Аманду, можно было подумать, что оно создано специально для того, чтобы представить ее в самом выгодном свете. Девушка выглядела ослепительно прекрасной: ее огромные глаза сияли, щеки разрумянились, а губы приоткрылись в застенчивой и одновременно торжествующей улыбке. Неудивительно, с горечью подумала леди Уидмор, что все джентльмены глядят на нее, как псы на мозговую кость.

Аманда была в приподнятом настроении и несколько минут крутилась перед зеркалом, восхищаясь собой и разыгрывая знатную даму. Она собиралась поразить всех своим великолепием и была рада тому, что ей это удалось. За месяц, проведенный в Бате, она не успела привыкнуть к всеобщему восхищению, но зато усвоила манеры поведения светских красавиц. К удивлению и удовольствию сэра Гарета, она принялась демонстрировать все усвоенные ею приемы: уверенно играла веером, который дала ей Хестер, и игриво «стреляла» своими блестящими глазками. По мнению сэра Гарета, такое поведение объяснялось ее юным возрастом. Она напоминала ребенка, которому позволили надеть платье старшей сестры и который теперь изо всех сил старается подражать взрослым. Он вспомнил свою племянницу, взрослеющую буквально на глазах всякий раз, когда он катал ее в экипаже по парку: она вела себя точно так же, как сейчас Аманда. И он хорошо знал, как можно охладить пыл слишком разгорячившейся девушки. Если поведение Аманды станет очень уж вызывающим, он быстро поставит ее на место, если же она будет держать себя в рамках приличия, он не будет мешать ей весело проводить время: возможно, тогда она откажется от своего намерения сбежать от него.

В это время Аманда заметила, что он за ней наблюдает, и наградила его взглядом, в котором было столько дерзости и кокетства, что он едва удержался от смеха. И именно в этот момент в зал вошел мистер Уайтлиф.

Мистер Уайтлиф был готов к встрече с сэром Гаретом, но появление в доме его спутницы стало для капеллана полной неожиданностью, и то, что Аманда обменивалась с сэром Гаретом, как он потом выразился, весьма красноречивыми взглядами, на несколько мгновений ввергло его в состояние оцепенения. Он обратил испуганные глаза на леди Хестер, и та, заметив это, любезно представила его Аманде.