Книга Наследники Вещего Олега. Годы золотой славы, страница 91 – Виктория Воронина

-Повинуюсь тебе, - на этот раз охотно склонил голову перед собеседником вновь прельщенный им и словно околдованный щедрыми посулами глава всех войск в Византии.

Через два дня возле Стены императора Феодосия, ограждающей Константинополь со стороны суши на мирно идущих со своими людьми киевских купцов напали подговоренные византийские торгаши, видевших в русов опасных соперников себе. Суд эпарха постановил заключить киевлян в тюрьму Золотых ворот, даже без предварительного разбирательства с конфискацией всего их добра и рабов. Отпустили лишь пятнадцатилетнего отрока Велемира, сына одного из купцов, чтобы он донес до соплеменников горестную весть о жестоком пленении славян. Темный Ро торжествовал – война Византии и Киевской Руси становилась неизбежностью. Ни один правитель не мог допустить такого произвола в отношении своих людей, и у Вещего Олега не было иного выбора кроме как идти военным походом на Константинополь.

Выпущенный из темницы отрок сразу подался к своим друзьям-болгарам, с которыми сдружился в Константинополе и был ими принят с весьма теплым сочувствием. С их помощью он на другой день сел на греческое торговое судно, плывущее с маслинами в Херсонес за умеренную плату. Из Тавриды Велемир добрался до Киева осенью и сразу подался на Княжескую гору. В ту пору князь Игорь вместе с Вещим Олегом пребывал в стольном граде, а не находились по своему обыкновению в походе. Вещий Олег ожидал вестей с юга. Переговоры с послами византийского императора проходили успешно, и он возымел надежду на укрепление дружественных связей с могущественным соседом, несмотря на свои гадания, носившие неутешительный характер.

Велемир в ответ на вопросительный взгляд Вещего князя подробно рассказал, какому насилию подверглись русские купцы в Царьграде и о их позорном заточении в темницу. Услышав дурные вести, Игорь сгоряча решил собрать свою дружину и тут же идти войной на вероломных ромеев, ранее обещавших ему устами послов своего императора мир и дружбу.

— И наши купцы будут беспошлинно торговать в Царьграде, как если бы они сами были влиятельными и знатными ромеями, - вскричал, заканчивая свою речь, молодой князь.

— Нет, Игорь, ты останешься в Киеве как наследник отца твоего Рюрика, а поход против ромеев возглавит главный воевода - я, - спокойно произнес Олег в ответ на гневное заявление племянника, желая умерить его воинственный пыл. Но потемневшие от гнева глаза Вещего князя говорили о том, что его тоже задело пленение киевских купцов, находящихся под его защитой.

— Но, вуй, ты уже стар для войны. Подобает больше мне возглавить войско и наказать греков за пленение наших людей и пренебрежение к нашим договоренностям, а тебе править Русью в мое отсутствие, - возразил Игорь, с сомнением глядя на согбенного годами брата своей матери.

— И вправду, батюшка, не лучше ли Игорю отправиться не только в опасный, но и далекий поход на юг, - поддержала мужа внимательно слушающая разговор мужчин Ольга, присутствующая на собрании воинов как ближайшая помощница своего отца и супруга-князя.

— Игорь, Ольга, я бы согласился с вами, если бы русским мечам противостояла ромейская сталь. Но хотя у лукавых греков есть несметные рати воинов всех племен, начиная от мавров Африки и кончая викингами Халоголанда – края наших предков, главное их оружие – это ложь и коварство, да еще нам противостоит темная магия злейшего врага Руси, пришедшего в Царьград из обители темных атлантов. Это он виновен в пленении наших купцов, а вовсе не император Лев. Против него бессилен и ты, Игорь, и твои лучшие витязи. Только я могу потягаться с ним, - объяснил Олег своим детям.