Книга Звезда Давида, страница 15 – Константин Волошин

— Муки по мешку на ушкуй, пять бочонков икры осетровой, мяса по два барана в ушкуй, риса вашего по мешку на два ушкуя, ну и капусты с репой. Масла коровьего пять бочонков и разной мелочи, что сами сочтёте необходимым для нас. И пять тыщ монет серебром. Это всё! Торопитесь, ждать будем до восхода.

Татары низко кланялись, молились на ходу и обещали всё выполнить. С тем ушли, в мыслях проклиная разбойников и посылая всем им на головы гнев Аллаха.

По этому поводу атаман распорядился:

— Вечером устроим небольшой пир. Завтра у нас будет много еды и деньги. Но стражу и караулы держать строго до самого утра. Татары – народ коварный, и вполне могут напасть. А мы пошумим малость для отвода глаз и посмотрим, как татары будут готовить нам дань.

Хлыновцы радостно встретили такую весть и принялись собирать дрова для массы костров, что должны запылать вечером.

Татары не стали искушать судьбу. Видно, заслали в стан ушкуйников своих соглядатаев и видели, что воины хоть и пируют, но оружие держат наготове, а охрана службу несёт исправно.

Утром, как только солнце показалось над зубчатым краем леса, ворота открылись. Телеги, нагруженные снедью, потянулись к причалам. Толпы татар бросились всё это укладывать в ушкуи. Воины внимательно наблюдали, покрикивали, ощупывая глазами каждого на предмет оружия. Но всё оказалось по-честному. Татары слишком боялись таких воинов и предпочли не рисковать.

— Ждать следующего утра не будем, – приказал Фёдор после полудня, когда ушкуи осели под тяжестью груза и провианта. – Рискованно всё же тут стоять без дела. Да и времени у нас не так много. Ещё вернуться надо будет.

Атаманы разошлись по своим тысячам, ладьи стали медленно вытягиваться на стрежень реки. Это тоже занимало много времени, и лишь под вечер караван исчез вдали за поворотом реки Волги.

Впереди их манила большая добыча, время для её захвата оказалось очень благоприятным. И хан, и Мамай были заняты другими делами и находились далеко на восходе, собирая войска для борьбы с Тохтамышем и южными ордами. Те постоянно стремились отдалиться от Сарая, но сил пока было мало.

Через неделю с небольшим прошли Жигули, и впереди открылась голая степь с редкими селениями кочевников или оседлых марийцев. Солнце палило вовсю.

* * *

Ночью, проходя посередине реки, все заметили сполохи в небе и лучи, пронизавшие черное небо вертикально вверх.

— Что за чертовщина? – с некоторым беспокойством спросил Прокопий попика с жиденькой бородкой клинышком. – Может, что значит, вроде знак кто-то нам подаёт?

— Проделки дьявола, атаман! – истово крестясь, ответил поп, отец Афанасий. – Молиться треба, атаман. Бога стали забывать.

— Так то твоё дело, святой отец, – как-то равнодушно ответил атаман. – Эй, сивобородый! – окликнул он старого воина, что правил ушкуем. – Ходи сюда.

— Чего изволишь, атаман-посадник? – недовольно бросил пожилой мужик.

— Сполохи узрел? – кивнул Прокопий на берег, где ещё светился столб света.

— Обычное дело тут, атаман. Раз восемь сюда ходил и часто такое зрел. Ничего, погаснет скоро. Говорят, что в энтих местах золота много зарыто. Так кто-то его стережёт, может.

— Золото? – удивился Прокопий, хотя знал байки про такое. – А что, многие ищут?

— Как без энтого, атаман. Ищут, да толку нет. Разве что кто-то монетку подберёт изредка. Стало быть, золотишко там имеется. Да заколдовано оно. Не даётся в руки. Заговорено оно ещё давно. Слышал, что какие-то древние люди, казары прозывались, запрятали множество кладов. Спасали, значит, от какого-то князя. Лет четыреста назад. Может, и больше. Кто считал-то?