Книга Звезда Давида, страница 119 – Константин Волошин

— Тем самым ты признался, что добиваетесь от меня очень чего-то важного. А поскольку ничего, кроме «Звезды», у меня нет, то всё становится и так ясно. Ты должен умереть. Остальное пусть решает Господь. Ему виднее.

— Погоди! – взвыл бандит, торопясь сказать слово. – Может, договоримся?

— У тебя таких денег нет и быть не может. Сам сказал, что есть другие люди. Важные. У них они могут быть. Или вы решили не платить? Скорей всего, именно так и задумано. Не держи на меня зла!

Егор надавил на рукоять кинжала, и тот вошёл в шею. Человек дёрнулся, глаза расширились, а Егор выдернул клинок и отскочил в сторону. Струя горячей крови ударила из раны, и бандит стал медленно опускаться на пол. Вскоре он перестал дышать. Глаза так и остались открытыми, в них отражалось удивление и больше ничего.

Егор опустился на скамью, и по телу пробежала дрожь. Он шумно выдохнул, стал стирать кровь с рук. Привычные движения успокаивали, напряжение оставило его. В комнату заглянула Анна. Её глаза испуганно расширились, губы, прикрытые ладошкой, прошептали:

— Егорушка, что же это такое? Господи! Что ж теперь с нами будет?

Егор встрепенулся, встал со скамьи и оглядел комнату.

— Давай ужинать и собираться в дорогу, Аня. Здесь нам больше оставаться нельзя. И побыстрее!

— А этот?! – в ужасе спросила несчастная Анна. Кивнула на труп, и бледность ещё сильнее покрыла её лицо.

— Ему уже не до нас, как и нам до него. Он получил своё, Аня. Шевелись же!

Они наскоро поели, накормили дочь и уже в сумерках, захватив пожитки, покинули домик. Анна несколько раз оглянулась назад, но страх гнал её всё дальше. Егор спускался к порту. Он был нагружен, как осёл. И всё же Анна едва поспевала за ним, неся хныкавшую дочку на руках. Ни слёз, ни слов у неё не было. Она просто подчинялась Егору, а мыслей в голове никаких.

Парню заранее удалось договориться с кормщиком небольшого судёнышка о доставке всей семьи куда-нибудь на заход, где можно переждать беду, однако ночью кормщик наотрез отказался идти в море, заявив решительно:

— Ветер довольно свежий, синьор, к тому же забирает ближе к полудню. Идти с таким ветром опасно, у меня семья. Подождём до утра. На рассвете можно отваливать. Я вам посоветовал бы уйти в Солдайю^[14]. Там тоже мощная крепость, а в ней – сильный гарнизон. Всегда можно отбиться. Татары только и ждут удобного случая.

— В таком случае позвольте нам переночевать у вас на борту? – попросил Егор. – Мы сдали домик, и теперь нам негде провести ночь. А на постоялом дворе дорого берут, если с семьёй. Что скажете?

Кормщик дочесал бороду и согласился. Но потребовал серебряный аспр вперёд.

— На борту никого нет, синьор. Смотрите сами за всем. В случае сильного ветра закрепите дополнительный швартов. – И указал, где и как это можно сделать.

Ещё не рассвело, как кормщик с двумя матросами уже готовили судёнышко перед выходом в море. Проверяли снасти, паруса, а с первыми признаками утра на восходе отдали швартовы. Два матроса сели на весла и выводили судно в бухту. Егор вышел к ним и наблюдал за спорой работой моряков.

— Супруга с дочкой ещё спят? – вежливо спросил кормщик. – Ничего, сейчас мы их разбудим своим топотом и шумом. Да и то уже уступает ночь свои владения дню!

Анна высунулась из-под брезента, которым они с дочкой были накрыты поверх одеяла, и со страхом наблюдала, как судно выходит в море.