Книга История Деборы Самсон, страница 93 – Эми Хармон

— Да. Это ты мне уже доказал. – Он прокашлялся. – Мистер Аллен – штабной офицер – ответит на все вопросы, которые у тебя могут возникнуть относительно этого дома. Он нечасто бывает в хорошем расположении духа, но работает хорошо. Я сообщу капитану Уэббу, что ты до дальнейших указаний выбываешь из его роты.

— Правда? – выдохнула я.

— Да. Сегодня же. Не думаю, что я слишком требователен… но чем меньше мне придется думать о мелочах, тем будет лучше. Моя форма. Сапоги. Порядок в моих комнатах. Мелкие поручения. Работа разнообразная и кажущаяся бесконечной… и неблагодарная.

— Я понимаю задачи адъютанта, сэр. И для меня большая честь их выполнять.

— Хорошо, – оборвал он. – Но прежде всего я должен тебе доверять. Тебе нельзя подглядывать и подслушивать. Нельзя распускать слухи. Нельзя повторять то, что ты увидишь или услышишь здесь или где-либо еще, пока будешь находиться при мне. Я могу доверять тебе, Шертлифф?

Сердце у меня оборвалось, внутри все сжалось, но я твердо кивнула и так же сдержанно, как и он, отвечала:

— Да, сэр, можете.

Он действительно мог мне доверять. Никто не работал так же усердно, как я, и никто не хранил тайны лучше. То, что я женщина, не могло помешать мне выполнить любые поручения, которые он мне даст.

— Тогда забери вещи из барака, а я сообщу мистеру Аллену, что отныне ты работаешь в доме. Он будет ждать твоего возвращения.

— Спасибо, генерал. – Мой голос прозвучал ровно, взгляд был твердым, и он лишь коротко кивнул, отпуская меня.

— Сообщи, когда устроишься здесь, – прибавил он.

Он вывел меня из спальни и направился в кабинет, а я прошла по коридору, пересекла просторный холл и вышла из Красного дома спокойным, размеренным шагом, хотя мне хотелось прыгать. И скакать. И мчаться по лесу, перемахивая через кусты и огибая деревья, как я часто делала, когда была маленькой.

Я дошла до середины дорожки и лишь тогда не удержалась и побежала вперед, счастливая, сильная, опьяненная новой надеждой.

Я не позволила себе слишком много думать о своей удаче или испытывать вину из-за того, что мое положение улучшилось. Штаб-сержант мистер Аллен подобрал для меня новую форму и объявил, что солдатам, находящимся в доме, нельзя пахнуть так же дурно, как пахнут солдаты в бараках. В придачу к форме он выдал мне ночную рубаху и потребовал, чтобы я не спала «как в хлеву». Рубаха оказалась слишком просторной, так что, надев ее, я почувствовала себя ребенком, но благодаря ей моя постель оставалась чистой, а форма не мялась.

Агриппа, позволивший называть его не «сэром», а Гриппи, занимал комнату на втором этаже, рядом с полковником Костюшко и еще несколькими офицерами, которые командовали другими полками, расквартированными в гарнизоне. На третьем этаже жили мистер и миссис Аллен, их старшая дочь Софрония и ее муж Джо, которые, судя по всему, считались неотъемлемой частью дома. Мистер Аллен занимался домом и всеми, кто в нем работал, хотя Агриппа и велел мне договариваться обо всем только с ним. Джо заботился о животных и присматривал за конюшнями, а миссис Аллен и Софрония отвечали за готовку и уборку. Я как могла старалась избегать их, боясь, что они меня раскусят.

На второй день после моего назначения Агриппа, взяв на себя роль наставника, провел меня по дому и окружающей территории и перечислил обязанности, к выполнению которых я с энтузиазмом приступила. Уверена, он от души смеялся над тем, как я гладила нижнее белье генерала, сидела на полу подле его постели, пока он спал, и, прежде чем подавать еду, пробовала, не отравлена ли она. Генерал добродушно сообщил, что все это делать необязательно, и предупредил, что Гриппи любит пошутить.