Книга Святые из Ласточкиного Гнезда, страница 61 – Донна Эверхарт

Тот проворчал:

— Смотри ты, какой гонористый нашелся. – Однако купюры с прилавка сгреб шустро, как грабитель в банке. Сунул в нагрудный карман и сказал: – А теперь выметайся к чертовой матери из моего магазина. – И Корнелии: – А ты иди домой и приготовь мне ужин, да поторапливайся, не то худо будет.

Корнелия потянулась было к ткани, но Отис перехватил ее руку.

— Эй! – прикрикнул Кобб.

Не глядя на него, Отис добавил:

— И не вздумай нос задирать.

Однако он отпустил Корнелию, и та осторожно взяла ткань, вся дрожа, словно от внутреннего землетрясения. У нее даже зубы стучали. Прижимая к груди сверток, она тихонько выскользнула из магазина.

Кобб двинулся следом. Дэл так и не взял того, за чем пришел: не хотелось слушать, как Риддл будет бухтеть. Он тоже вышел, и Отис проводил их насмешливым напутствием:

— Вот-вот, убирайтесь к черту оба.

День в Ласточкином Гнезде клонился к вечеру. Слышались приветственные оклики и даже смех. К ним примешивались стук раскалываемых дров и аромат от кипящих котлов, в которые отдельные счастливчики, кажется, даже бросили по кусочку мяса. Кто-то затянул песню. Уже вот-вот должно было начаться веселье в баре. Дэлу вид и звуки лагеря казались безобидными, не представляющими никакой угрозы, однако он все отчетливее ощущал некое подводное течение. Все вокруг было лишь дымовой завесой среди зыбучих песков. Вот что такое этот лагерь: зыбучие пески. Чем больше стараешься освободиться, тем глубже погружаешься. Как в том бункере.

Растревоженный этими мыслями, Риз перевел взгляд на Кобба и Корнелию. Корнелия стояла, скрестив на груди руки, и с вызовом смотрела на невысокого парня.

— Ты наверняка считаешь, что я теперь у тебя в долгу. Если так, то лучше выбрось это из головы.

— Что? – изумился Кобб. – Нет!

Дэл нахмурился: голос у Кобба опять изменился. Риз готов был поспорить, что лет парню не больше шестнадцати, а то и меньше. У него даже усы еще не росли: лицо гладкое, как разогретое масло.

Корнелия добавила:

— А деньги я тебе отдам. Я иногда подрабатываю на стороне, шитьем и всяким таким, так что, может, не сразу расплачусь, но в долгу не останусь. Только не воображай, будто получишь от меня что-то другое.

Кобб сказал:

— Не надо мне деньги отдавать. Ты мне ничего не должна.

Корнелия фыркнула, недоверчиво закатила глаза и с красивой материей в руках двинулась к своему домику.

Дэл проводил ее взглядом, а потом повернулся к Коббу:

— Откуда ты родом, говоришь?

Тот пробормотал:

— Из Южной Каролины.

— А чем занимался до этого?

— Скипидарным делом.

— В лагере?

Кобб смотрел куда-то вдаль, словно не желая отвечать. Наконец сказал:

— На маленький ферме.

— Но ты ведь выбрал кличку Смоляная Пятка? Это не Южная Каролина, а Северная. Старый северный штат. Я сам оттуда родом.

Глаз у Кобба дернулся, но он ничего не стал объяснять. Вообще парень вел себя подозрительно. Уж не в бегах ли он? Не исключено, что деньги у него краденые, и ботинки тоже. Кто знает, может, он и носит-то одежду покойника: убил кого-нибудь и прикарманил вещички и деньги.

Кобб сказал:

— Если не возражаешь, у меня еще дела есть.

Риз махнул рукой.

— Да, у меня тоже. Я-то шел за продуктами, но сегодня, даже и вернусь, Отис мне, пожалуй, уже ничего не продаст.

Кобб долго изучал землю под ногами, а затем поднял встревоженный взгляд на Дэла. Тот вовсе не думал ставить новенького в неловкое положение. Когда Кобб вздохнул, Дэл решил, что не так уж и голоден. Может, дома в шкафу завалялась пара галет.