Книга Непреодолимые обстоятельства, страница 95 – Елена Добрынина

Инструктор, с запоминающимся именем Макс, рассказал ему за эти два часа кучу историй, баек и анекдотов о лыжах. Видно было, что он горел своей работой и готов обучать всех — от детей до сумасбродных взрослых, решившихся потягаться с самой природой — кто кого?

Рус решил, если ему понравится здесь, возможно, он сможет даже начать тут бизнес — гостиницу, например, открыть и приезжать уже в любое время, как только позволит работа. В последние годы туризм в России развивался семимильным шагами. Вслед за старинными городами, такими как Нижний, Казань, города Золотого кольца, подтянулись и города поменьше, места глуше. Это не могло не радовать. Если построить здесь гостиницу, то можно зарабатывать не только на стоматологиях, которые в столице росли как грибы.

Задумавшись над этим, Рустем и не заметил, что жена задала ему вопрос. И лишь по её ожидающему ответа лицу он понял, что упустил что-то. Так и стоял у окна, любуясь крупными звёздами. Словно кто-то бросил на чёрное полотно небосвода горсть кристаллов.

— Прости, не расслышал. Ты что-то сказала?

Амина подавила недовольство, улыбнулась. Он заметил это. Слишком долго прожили они вместе. Спустя столько лет, он мог прочесть её безошибочно, даже если жена не скажет ни слова. Иногда это даже раздражало. Никакой тайны или загадки, она вся, как на ладони, читай, что открытую книгу.

Послушная, приветливая, ласковая. Всегда готова выслушать и помочь. Иногда он был ей благодарен, все-таки с точки зрения брака, сложно было найти более подходящую женщину. Но чаще от этого тошнило. Словно нет никакого просвета, словно мысли её — все до единой ему известны. Он знал, что такой же она будет и через пять лет, и через десять, и в старости. Верная, честная, любящая. Он не любил и от этого было ещё горше. Так и не смог полюбить. Смог привыкнуть, смог быть благодарным за детей и за то, как она вела себя в обществе, какой была спутницей, а полюбить не смог. И потому постоянно чувствовал свою вину.

Амина тряхнула головой.

— Это не важно.

Плавной поступью, почти не слышно она подошла к нему, обойдя кровать, коснулась плеча, замерла в ожидании. Потянулась рукой к волосам, расплетая их, вынимая шпильки из прически — заколотый в тугой узел пучок. На секунду в голове возник образ шатенки с каре на парковке. Он даже не успел осознать её черт, но видение вклинилось между ним и Аминой.

— Дети спят? — Спросил Рус, вдруг испытав неловкость.

Странное чувство, если живешь с человеком почти десять лет. Подобные ощущения преследовали его в первые годы брака, когда он смотрел на жену, а видел русоволосую Лельку.

Чтобы вытравить образ из памяти, он перепробовал множество женщин. Сам себе удивлялся, сам себя презирал. Бесконечный поток — миловидные простушки, шикарные блондинки, страстные брюнетки. Кто только не бывал в его постели. Словно он искал и никак не находил ту, ради которой все это и затевалось, которая украла его сердце и разбила его той смс: "Будь счастлив, любимый". И когда Рустему становилось совсем тошно от того, что он творил, он возвращался в лоно семьи, где его ждала Амина — верно и преданно.

Через год после свадьбы у них появилась Айдан, и Рус, раньше не представлявший себя отцом, вдруг расцвёл и сошёл с ума от счастья, ведь, в его жизни появился маленький сморщенный комочек — его дочь. То время было лучшим в их с Аминой совместной жизни. Она была счастлива уж тем, что он мчится домой, что не спускает с рук малышку. А он обрёл смысл жизни. Теперь у него была семья, ответственность и свои загулы нельзя было оправдать несчастной любовью.