Книга Непреодолимые обстоятельства, страница 80 – Елена Добрынина

Мама в кои-то веки отвлеклась от интересного ей сериала и вдруг перешла на сторону Катьки.

— Лель, ну правда, смотри какое солнце в окно светит! На улице жизнь кипит — люди ходят, детки на площадке играют. — Галина Ивановна подошла к окну и, зажав под мышкой лопатку, стала комментировать происходящее за окном. — В ресторане, вон, опять сборище. Народу сколько, смотри, Катюх! Да не просто народ, там прямо праздник. Подносы какие-то. И все вокруг парочки стоят. Платье у девушки какое красивое, нежно-голубое. Невеста, может? А жених-то каков, с иголочки одет! Черненький, на твоего Рустема похож, Лель!

— Где? — Спросила подруга и выглянула в окно и вдруг осеклась. — Ой.

Лелька, смутно чуя, что не спроста Катька «ойкнула», выскочила из туалета и влетела в кухню. Следом за ней заглянула в помещение и любопытная Танька.

— Что там? — Пыталась пробиться Лелька к окну.

Катька загородила ей проход, широко растопырив свои ручищи.

— Ничего, Лель! Не интересно там! Пойдем лучше в комнату кино смотреть. — Несла подруга какую-то чушь.

Мама, растерявшись, так и застыла с лопаткой подмышкой. Она не могла понять, что случилось и почему Катька вдруг так кардинально поменяла свою позицию. Галина Ивановна даже не догадалась, что за молодой человек стоит на стоянке ресторана на той стороне улицы.

— Это он? С ней? — Побледневшими губами прошептала Лелька.

— Да какая разница! — Не унималась Катька. — С ней, не с ней. Кино мы смотреть хотели.

— Дай посмотреть! — Потребовала Лелька со сталью в голосе. — Пусти!

— Вот зачем тебе это надо?! — Катька обиженно отодвинулась, пропуская ее к застекленному прямоугольнику в мир.

С удовольствием мазохиста Лелька подошла к окну. Присмотрелась. Высоковато, но она бы никогда не спутала его ни с кем другим. Это был Рус. А вокруг куча гостей, среди которых Лелька угадала Фариду Фархатовну и Гюнай. Рустем стоял рядом с миниатюрной брюнеткой в нежно-голубом платье. Тонкая как тростиночка, с копной темных, длинных волос она скромно стояла рядом с ним.

С трудом сглотнула. В ушах стук собственного сердца. Значит, вот так? Ему и дела не было до нее. Он как всегда свеж и прекрасен — осанка, одет с иголочки, рядом с невестой ему под стать. Вокруг родственники и друзья. Они держат в руках подарки для семьи Хасановых. Сегодня обручение. Рус кажется вполне счастливым. По крайней мере, он не поставил отцу ультиматум, не отказался. Усмехнулась едко, он же сказал, что не может отказаться. Или не хочет?

Лелька сжала зубы. Смотрела, не отрываясь, на их праздник. Туда, где не было места ей.

— Лель! Да плюнь ты! Не стоит он того! — Слышала она как во сне голос Катьки, совершающей неуклюжие попытки отвлечь ее от окна.

Она, Лелька, ему не нужна. Теперь она уже точно это знала. Просто верила до последнего, что все можно вернуть и изменить. Какая чушь! Ни она, ни их ребенок ему не нужен. А ей? Ей тоже ничего не нужно. Ей бы вообще прямо сейчас исчезнуть из этого мира — испариться, раствориться, чтобы не чувствовать эту чудовищную боль. Ненависть, черная, всепоглощающая, ледяная схватила Лельку своими когтистыми лапами за душу. «Ненавижу его!» — Билась одна только мысль в висках. «Ненавижу все, что с ним связано!»

Развернувшись, она вылетела из кухни. Катька даже попытки не сделала ее остановить. Побоялась. Танька едва успела увернуться с Лелькиного пути.