Книга Королева Шотландии в плену, страница 27 – Виктория Холт

— Это меня не удивляет. Он всегда был моим врагом.

— Сплетницы на улицах злословят насчет тебя.

— Я слышала, как они кричали под моим окном. Я видела их обезумевшие лица, оживленные одной лишь злобой.

— Я не смог бы гарантировать твою безопасность, если бы ты вернулась в Эдинбург.

— Значит, я должна оставаться здесь в качестве узницы?

— Ради твоей же безопасности.

— Но я слышала, что некоторые лорды готовы встать на мою сторону. Флеминги и Сетоны всегда были моими верными друзьями.

— Кто тебе это сказал? — резко спросил он.

— Я не помню. Возможно, никто. Наверное, я просто знаю, что это так и есть.

Морэй задумался. Он решил предупредить своего брата Вильяма, что ему следует быть более внимательным; он остался недоволен предпринятыми мерами предосторожности. Ему показалось, что он заметил перемену в Рутвене. В его сводной сестре было нечто колдовское (что казалось ему выше понимания), чем она привлекала мужчин до такой степени, что они были готовы жертвовать своими карьерами.

Мария отбросила салфетку.

— Нет, — сказала она, — я не буду есть одна. Пойдем погуляем на свежем воздухе. В твоем сопровождении я буду казаться в безопасности.

Она взяла бархатную накидку, которая оказалась в сундуке, присланном Мелвилем, и накинула ее на плечи.

— Тогда пошли, — сказал он. Они покинули ее апартаменты и вышли из замка.

— Я полагаю, тебе разрешают гулять здесь.

— Они очень бдительны. Я совершала небольшие прогулки, но под охраной.

— Я не понимаю, почему ты не можешь гулять когда и где захочешь в пределах замка? — Он смотрел на лодки, стоявшие у берега, и думал: «Я скажу Вильяму, чтобы за ней следили построже». Но в то же время ему хотелось, чтобы она продолжала верить, что он — ее друг и приехал убедиться, удобно ли она устроилась, и чтобы ей была предоставлена максимальная свобода, но учитывая при этом ее безопасность.

— О, Джемми, — воскликнула она, — я знала, что ты мне поможешь.

— Моя дорогая сестра, с тех пор как убили Риццио, ходили слухи против тебя. Твой брак с Дарнли был нежелательным. Ты знаешь, как я отговаривал тебя.

— Потому что, дорогой братец, ты закоренелый протестант и предпочел бы увидеть меня замужем за протестантом.

— И его загадочная смерть… — Морэй покачал головой. — А затем этот скоропалительный брак с Ботуэллом, сразу после смерти Дарнли. Моя дорогая сестричка, как ты позволила втянуть себя в такую авантюру?

— К смерти Дарнли я не имею никакого отношения.

Губы Морэя были сурово сжаты.

— Риццио убит, Дарнли убит… и затем этот поспешный немыслимый брак.

— Что слышно о Ботуэлле, Джеймс?

— Ничего хорошего.

— Хорошего для меня, Джеймс, или для тех, кто желает уничтожить его?

Джеймс сказал:

— Он сбежал на север. Говорят, что он там с Хантли.

«Он приедет за мной, — торжествующе подумала она, — и тогда весь этот кошмар кончится».

В это время Морэй думал: «Первое, что я сделаю, — пошлю эскадрон на север схватить этого предателя. Жителям Эдинбурга доставит большое удовольствие увидеть его голову на острие копья».

— Мария, — уговаривал Джеймс, — ты должна набраться терпения на ближайшие месяцы. Смирись со своим пребыванием здесь. Я бы с удовольствием освободил тебя, будь это в моей власти, но это не сулило бы тебе ничего хорошего.

— И сколько это продлится?