Книга Королева Шотландии в плену, страница 177 – Виктория Холт

Сетон, разделявшая ее беспокойство, сказала, что будет ухаживать за ним. Мария согласилась, но добавила, что Джон настолько тяжело болен, что они обе понадобятся ему.

День и ночь Сетон и Мария оставались в комнате больного, но, к сожалению, вскоре стало очевидно, что они не могут спасти жизнь Джона.

Однажды вечером, когда Мария пошла немного отдохнуть и Сетон осталась с больным одна, в комнату вошел молодой человек и остановился у края постели. Его лицо выражало страдание. Сетон подошла и положила руку ему на плечо.

— Не переживай так, Эндрю, — произнесла она.

— Мой брат умирает…

— Я собираюсь послать за епископом, Эндрю. Думаю, пора.

— Я приведу его сюда.

Когда он ушел, Сетон положила холодное полотенце на пылающий лоб Джона и села возле постели. Больше она ничего не могла сделать. Вскоре Лесли пришел вместе с Эндрю Битоном и помрачнел, увидев состояние больного.

— Мы оставим вас наедине с ним, — сказала Сетон и, взяв Эндрю Битона под руку, вывела его из комнаты.

Они некоторое время молча постояли за дверью, затем Эндрю сказал:

— Я знаю, как вы ухаживали за ним… вы и королева. Как я могу отблагодарить вас?

— Не стоит благодарить нас, Эндрю, — ответила Сетон. — Мы все — изгнанники… мы — узники… мы работаем вместе, и если кто-то в беде, то это общая беда.

Он взял ее руку и поцеловал. Он подумал, что в Мэри Сетон есть нечто неземное, нечто святое, не от мира сего. В тот момент ему показалось, что он никогда не видел более красивого лица.

Он медленно пошел прочь; он понял, что любит Мэри Сетон.

Сесил чувствовал, что его визит в Четсуорт провалился. Ему ничего не удалось добиться в разговоре с Марией, кроме ощущения огромного беспокойства. Он вернется ко двору и предложит королеве перевести Марию из Четсуорта. В такой момент переезд всегда к лучшему — это расстраивает планы заговорщиков.

Пока он размышлял, в комнату вошел слуга и доложил, что его желает видеть молодой человек, назвавший себя Роллестоном; он сказал, что у него срочное дело.

Сесил, никогда прежде не слышавший этого имени, несколько мгновений колебался, затем сказал, что примет его. Никогда не знаешь, откуда можно получить важные сведения, и он не достиг бы своего нынешнего высокого положения, если бы игнорировал это правило.

Роллестон оказался очень молодым юношей, почти мальчиком, с честными глазами фанатика.

— Что вы хотите сказать мне? — спросил его Сесил.

— Я хочу сказать вам, сэр, что я знаю о плане освобождения королевы из Четсуорта, доставив ее затем на корабль в Харидж.

Сесил ничем не выдал возбуждения.

— Расскажите мне подробнее об этом заговоре, — спокойно предложил он.

— Во главе заговора стоят Томас и Эдвард Станлей. Они планируют, что королева убежит через окно с помощью веревки. Все уже подготовлено ее слугами, и все скоро свершится.

— Вы тоже участвуете в заговоре?

Юноша болезненно вспыхнул и вскочил на ноги:

— Я — верный подданный моей королевы Елизаветы. Я не принимаю участия в заговорах против нее.

— Хорошо сказано, — ответил Сесил. — Как тогда вы узнали об этом заговоре?

Юноша заколебался, видимо, борясь с собственной совестью. Затем выпалил:

— Потому что мой отец замешан в этом.

— Вы хорошо поступили, — сказал Сесил — Королева не забудет того, кто служит ей. Теперь назовите имена заговорщиков… и все известные вам подробности. Я уверен, что мы не должны терять время.