Книга Королева Шотландии в плену, страница 176 – Виктория Холт

Он подошел к окну и выглянул вниз.

— Спуститься можно с помощью веревки. Пусть Мэри Сетон переговорит с Вилли Дугласом. Не пытайтесь сделать это сами. За вами пристально следят. Но вы должны как можно скорее вырваться отсюда. Визит Сесила говорит о том, что Елизавета действительно встревожена.

— Я не думаю, чтобы герцог Норфолкский считал, что стоит бежать, хотя он и написал, что Станлей вполне подходят для руководства подобной попыткой.

— Он боится, что вы выйдете замуж за дона Хуана. Я думаю не о вашем браке, а о вашей жизни. Я собираюсь сказать братьям Станлей, что попытку необходимо предпринять как можно скорее. Вы должны быть готовы.

Мария молчала. Она все еще думала о своем маленьком сыне, которого отобрали у нее. Она волновалась, как много лжи втолковывалось ему. Она много страдала, но если когда-нибудь он отвернется от нее, если он когда-нибудь поверит тем лживым сказкам, которые, как она уверена, ему рассказывают, то она впадет в такую меланхолию, что будет мечтать только о смерти.

Побег! Возвращение на трон! Это будет означать воссоединение с ее маленьким сыном.

Она внимательно выслушала Лесли.

Сесил снова встретился с королевой.

— Я рад видеть, что ваше настроение улучшилось, ваше величество, — сказал он. Этим он хотел подчеркнуть, что ему приятно видеть ее оправившейся от приступа истерии, как он это воспринял.

Мария кивнула и стояла, выжидая.

— Ее величество королева очень беспокоится за вас, — продолжал он — Она думает, что, побывав в браке, вы были бы счастливы вновь выйти замуж; наверное, это было бы приятнее для вас, чем жить в одиночестве. Поэтому она готова предложить вам вступить в брак.

Мария внимательно слушала. Она знала, что Норфолка выпустили из Тауэра. Неужели это означало, что Елизавета готова дать согласие на этот брак?

— Ее величество предлагает вам в мужья своего родственника, Джорджа Карея, сына лорда Хансдона.

— Это невозможно, — ответила Мария.

— Если ваше величество думает о браке с Ботуэллом, то это дело уже улажено и этот брак не считается законным.

Мария молчала. Она не могла сказать Сесилу, что дала торжественную клятву Норфолку, поскольку контракт между ними оставался тайной. Она могла только покачать головой и промолвить: «Это невозможно».

Сесил насторожился. Королева Скоттов не отличалась хитростью. Была какая-то причина ее настойчивости. Если им верно докладывали, она была настроена вполне дружелюбно к Джорджу Карею, когда он посетил ее. Сесил был уверен, что за этим кроется какой-то заговор, какая-то причина, почему она так настроена против предложенного ей брака. Неужели она положила глаз на дона Хуана? Несомненно, романтический герой мог понравиться такой женщине, как она.

Он не стал настаивать, а повернул разговор на доброту своей госпожи, королевы Елизаветы, которая была готова помочь королеве Скоттов, если бы она позволила ей это.

Все это время он размышлял: «Мы должны повысить бдительность. Она никоим образом не должна ускользнуть из наших рук, из Англии, к нашим врагам по ту сторону пролива».

Мария забыла о присутствии государственного деятеля в Четсуорте, поскольку одного из ее верных друзей сразила болезнь. Заболел Джон Битон, лорд Крейхский, который возглавлял ее свиту. Он усердно трудился ради нее с момента побега из Лохлевена и, увидев его прикованным к постели, она настолько встревожилась, что отложила все собственные дела.