Книга Страсть в ее крови, страница 83 – Патриция Мэтьюз

В тот вечер за ужином Малколм Вернер мрачно произнес:

— Завтра мне придется съездить в Уильямсбург. Там пройдет торговля рабами, а мне нужно нескольких прикупить. Я много лет не покупал рабов, и рук на полях становится меньше. Этой зимой надо расчистить под посевы восемь гектаров земли, и мне понадобятся работники.

— Рабство – недостойное общественное устройство, – скривился Андре.

Бледное лицо Вернера вспыхнуло.

— Думаете, я этого не знаю? Однако это неизбежное зло, если экономика Вирджинии хочет выжить в ее теперешнем виде.

— Негоже обращать в раба человека, любого человека.

— Поправьте меня, если я ошибаюсь, мой дорогой Леклер, но я слышал истории о том, в каких условиях живут крепостные в вашей цивилизованнойстране. Если эти истории – правда, то они немногим отличаются от рабов. Вообще-то я склонен полагать, что некоторые рабы в Вирджинии живут лучше, чем многие ваши крепостные. К тому же ваши соотечественники…

Ханна перестала слушать их спор и сосредоточилась на еде, слегка улыбаясь. Почти каждый вечер между Малколмом и Андре разгорались жаркие споры по разным вопросам. Иногда споры затягивались далеко за полночь в кабинете Малколма.

Андре прочно обосновался в «Малверне». Ханна знала, что Малколм отнюдь не возражал, чтобы француз жил у них, сколько ему заблагорассудится. Она была уверена, что знает причину этого: Андре был увлекательным собеседником, и Малколму нравились разговоры с ним, даже когда они расходились во мнениях – что происходило очень часто.

На следующий день ранним утром Малколм Вернер отправился по своим неприятным делам. Ехавшая в Уильямсбург группа напоминала караван. Первой двигалась коляска с Вернером, лошадьми правил Джон. Рядом с Джоном сидел надсмотрщик Генри. За ними шли две повозки с работниками – повозки отвезут в «Малверн» новых рабов.

Обязанность выбирать рабов Вернер, в отличие от остальных плантаторов, возложил на Генри. Вернер не мог заставить себя покупать людей. Его тошнило всякий раз, когда он приезжал на торги и видел, как плантаторы рассматривают рабов на помосте: щупают мускулы, заглядывают в рот и смотрят зубы, словно перед ними лошадь. Наблюдать такое было унизительно, и Вернеру оставалось лишь гадать, насколько это было унизительно для стоявших на помосте рабов. Да, он однажды видел, как плантатор изучал мужское достоинство негра, рассчитывая сделать из него производителя!

Чтобы отвлечься от мыслей о том, что ждет его позже, он стал думать о собственных горестях. Много дней он размышлял о Ханне и своих неудачных попытках зачать ребенка. В периоды наибольшего уныния Вернер понимал, что его женитьба на ней была ошибкой. Не то чтобы он не любил ее, наоборот, с каждым днем он любил ее все больше. Он знал, что на свадьбе и после нее среди приехавших распространились колкие шуточки о том, что мужчина в его возрасте женится на семнадцатилетней девчонке. В женитьбе на женщине много младше себя не было ничего необычного, особенно в стране, где мужчин гораздо больше, чем женщин. Но разница в возрасте между ними была слишком велика… Сальные остроты и грубые шутки его не заботили. Но сильно огорчали неудачи в постели. Вначале он с радостью думал, что к нему вернулся былой мужской пыл. Немного прошло времени, прежде чем он понял, что ошибался.