Книга Леди, берегитесь!, страница 153 – Джо Беверли

Он вдруг сообразил, что с тех пор, как Пруссоки сбежали, никто не заводил их.

И все-таки в комнате что-то было не так: все инстинкты, которыми он обладал, буквально вопили об этом. Взявшись за ручку двери, он тихо повернул ее и легонько толкнул.

Спальня выглядела как обычно, вплоть до того, что на шахматной доске по-прежнему стояла партия, которую он хотел изучить, но балдахин на кровати был опущен, чего он никогда не делал при теплой погоде. Неслышно ступая, насколько позволяли сапоги, он двинулся вперед и застыл на месте, услышав какой-то звук. Из-под балдахина донесся шорох. Кто там: змея, собака? — но явно не тело. В извращенном сознании Фокстолла запросто могло родиться что угодно.

Не сводя взгляда с занавесей, Дариен открыл сундук и достал саблю. «Забыл об этом, да, Фокстолл?» Какую бы месть он ему тут не устроил, все закончится быстро и кроваво. Он обнажил клинок и медленно двинулся к кровати, пытаясь понять, что это был за шорох.

Осторожно, концом сабли раздвинув занавеси, он приподнял край. Какая-то окровавленная одежда на кровати. Еще одна свинья в платье?

Ни единого звука: ни шипения, ни рычания, — никакого движения.

Клинком сдвинув занавесь в сторону, так что звякнули кольца, он впустил дневной свет и тут же откинул оружие в сторону.

— Тея? Боже мой! Что случилось?

Она была бледной, почти белой, как подушка со следами крови. Неужели ее крови? Глаза, огромные как блюдца и полные ужаса, не моргая смотрели на него. Она была связана.

Дариен опять схватил саблю, чтобы перерезать жгуты вокруг ее запястий, но Тея завизжала. Инстинктивно он зажал ей рот рукой.

— Т-ш-ш, тихо, любимая. Это я, Дариен. Потерпи, я сейчас освобожу тебя.

«Ну, Фокстолл, держись: твоя смерть не будет легкой! Я буду сдирать с тебя шкуру дюйм за дюймом».

Тея заметалась, запрокидывая голову, попыталась его укусить, но он не мог позволить ей кричать. Если сюда войдет кто-нибудь, ее страдания будут еще горше: на ней осталась только половина платья…

Перерезав путы на руках и ногах, он отбросил саблю и заключил Тею в объятия. Она захлебнулась от рыданий, а он не мог определить — это все еще от ужаса или от облегчения. Забравшись на постель, Дариен крепко прижал ее к себе и, чтобы успокоить, начал говорить все, что приходило в голову.

И тут он заметил свежую кровь на своих руках.

— Тея, подожди. Опять пошла кровь. Дай я помогу тебе.

Увидев его окровавленные руки, она отпрянула.

— Отпусти! Отпусти меня!

Дариен убрал руки, и она с растрепанными волосами свалилась с другой стороны кровати на пол, а потом уставилась на него как дикое животное.

— Тея, — заговорил Дариен как можно спокойнее, хотя сердце у него едва не остановилось. — Я не сделаю тебе ничего плохого. Позволь позаботиться о тебе.

Он протянул было ей руку, но, увидев, что ладонь в крови, вытер ее о бриджи.

Когда Тея немного успокоилась и затихла, он подполз к ней по полу, вытащил носовой платок и приложил к ране на шее. Слава богу, это была скорее глубокая царапина, как и ссадины на щеке, зато синяков полно.

Он что, пытался задушить ее?

Но невидимые раны могли быть много тяжелее.

Тея впала в ступор и не могла вымолвить ни слова. Дариен снял с себя жакет и накинул ей на плечи, потом налил бренди и поднес бокал к ее губам.