Книга Паладин, страница 32 – Catelyn May

Пугающие догадки проносились в его голове, пока он шел к покоям Аерин, около которых уже было полно народу. Фрейлины, слуги и придворные громко переговаривались, сбитые с толку внезапным исчезновением невесты. Кастелян опросил всю челядь, но никто не видел ни девушки, ни ее возможных похитителей.

Обыскав и перетряхнув все до последнего крысиного угла, Мелбри и его помощники убедились в том, что Аерин здесь уже не было. Генрих, узнав о происшествии, тут же распорядился отправить на розыски небольшой отряд хорошо вооруженных рыцарей, возглавить который надлежало Уильяму. Прежде всего, нужно было прошерстить город, где могли видеть длиннобородых ирландцев. Они отбыли из Лидса уже давно, но, по всей видимости, не собирались отступать от своих целей.

Лавочники и менялы на городской площади утверждали, что в последний раз рыжеволосые воины в шафрановых плащах появлялись здесь неделю назад, но потом их и след простыл. Чужеземцы выглядели приметно для горожан, к тому же их грозный вид невольно заставлял быть настороже.

Уильям понимал, что версия с похищением Аерин ирландцами призрачна. Воины Мак Кейна не дураки. Они поняли, что тягаться с волей короля Англии не было смысла. А вызывать его гнев на свои головы было бы глупостью. Неужели его предали? Неужели она вновь обманула, сбежав из-под венца? Нет, признавать такое значило отвергнуть все то, что произошло между ними. Он старался изо всех сил не допускать разрушающие надежду мысли. Но с каждой минутой они крепли и захватывали его сознание, вызывая отчаяние и гнев. Час, когда они оба должны были стоять у алтаря, уже прошел, ветви омелы, которыми украсили их покои и брачное ложе, были безжалостно сорваны Уильямом, для него они были насмешкой и горьким напоминанием. Вернувшись из города, он тяжело опустился на сундук у изножья высокой кровати, закрывая руками пылающее лицо. Только голос оруженосца вырвал его из тяжких дум.

— Ваша милость, я не знаю, важно ли это, но вчера вечером оруженосец де Бетюна пил как в последний день.

Уильям насторожился:

— Продолжай! — скомандовал он, чувствуя, как застучало в висках.

— Когда мы с Джеффри стали расспрашивать его, он зарыдал и признался, что до смерти биться плавать на корабле, но еще больше боится гнева своего господина. А тот в скором времени собирается пересечь Ирландское море, про которое и так дурная слава ходит.

— Какого же дьявола ты молчал?! — вскипел рыцарь, хватая оружие и дорожный плащ. В ответ послышалось что-то невнятное. После вчерашней попойки оруженосец вспоминал все происходившее с большим трудом, а мысли до сих пор путались в чугунной голове.

— Оповести людей короля, что мы немедленно выступаем!

Небольшой отряд выехал из ворот замка, по приказу Генриха Плантагенета во все гавани были отправлены королевские гонцы.

Гийом де Бетюн частенько покидал двор, наведываясь в увеселительные дома и картежные сборища. А потому никто из придворных не удивился его отсутствию. Только сейчас Уильям понял, как опрометчиво недооценивал коварство француза. Намерения де Бетюна стали ясны как божий день, когда рыцарь узнал о состоянии дел графа, промотавшегося за игрой почти все свое наследство. Сделав Аерин своей, пусть и против воли, на Ирландскую землю Гийом ступит как муж богатой наследницы. Сердце Уильяма сжалось от боли и ненависти, когда он представил ее в руках этого жестокого и мстительного человека. Мелбри почувствовал, как им овладевает праведный гнев, который обычно не оставлял ни единого шанса его врагам. Вот оно, дыхание зверя, подумал Уильям, разгадывая свои недавние видения. Только сейчас это не было горячечным бредом.