Онлайн книга «Паладин»
|
* * * В ту зиму снег казался ему особенно белым и легким, как перья ангелов, спускающихся с неба по приказанию чьей-то невидимой длани. Он укрывал все вокруг девственно-чистым пологом, на который было жаль наступать. На фоне серо-голубого неба, скудно подогреваемого изможденными и редкими солнечными лучами, яркими росчерками темных чернил выделялись ветви деревьев, лишенных ветром снежного наряда. Маленькая деревушка в долине казалась едва различимым миражом, который ускользал всякий раз, когда взгляд пытался выхватить его из слепящего снежного плена. Уильям поднял тяжелый двуручный меч и умелой рукой поправил упряжь своего коня. Перед ним был первый рубеж владений его сюзерена, графа де Клера. Времена были неспокойные, после прошлогоднего неурожая по дорогам бродили толпы бродяг и разбойников в поисках легкой добычи. Нужно было оставаться настороже и внимательно смотреть по сторонам. Тяжелый плащ, подбитый мехом куницы, надежно защищал от пронизывающего ветра, но Уильям все равно был напряжен словно дикий зверь, готовый в каждую минуту вступить в кровавую схватку. Он не был дома уже пятнадцать лет. На его сапогах была пыль сарацинских дорог, в его кожу въелись гортанные звуки восточных базаров, запахи пряностей и благовоний. Он был одним из тех, кто много лет подряд своей кровью поддерживал престол Иерусалимского королевства. Но жизнь была слишком коротка, чтобы проводить ее остаток на чужбине. Уильям с наслаждением вдыхал свежий, наполненный холодом и запахом леса воздух родных земель. Когда-то давно он покинул эти края, пытаясь заглушить боль от потери своей любимой жены и сына, которых в тот страшный год накрыла своими смертоносными объятьями чума. Крестоносец закрыл глаза, отгоняя все еще ранящие душу воспоминания. Он никогда не сможет забыть… Конь ступал по снегу неуверенно, впервые в жизни видя и ощущая его мягкость под своими копытами. Рука железной хваткой сжимала поводья, направляя Бланкарта вперед. Как его примет Гилберт де Клер, которому он в свое время был верным и преданным товарищем? Что с ним сделало время, и остался ли он тем беспечным весельчаком, с которым Уильям когда-то был готов на любые отчаянные выходки? - В большом зале, освещаемом языками пламени огромного камина, было душно, пахло потом и кожей, жареной дичью, горящими поленьями. Эти назойливые плотные испарения были так не похожи на те, к которым он привык за долгие годы, проведенные на Востоке. Уильям застал Гилберта в окружении своих баронов, праздновавших удачную охоту. По всей видимости, празднество удалось на славу, все гости были изрядно пьяны, собаки, сновавшие тут же между столами, подбирали щедрые объедки. Хозяин замка сидел в массивном кресле посреди длинного стола, лениво поднося ко рту куски оленины и время от времени опустошая красивый серебряный кубок, каждый раз заботливо наполняемый виночерпием. — Приветствую тебя, Гилберт де Клер, граф Хартфорд! — громкий выразительный голос заставил все затуманенные хмелем глаза обратиться в сторону говорящего. Тучный лысоватый граф резко подался вперед, грозясь выпасть из парадного кресла. Нервно сглотнув, он вперил напряженный взгляд в незваного гостя. На несколько секунд вокруг воцарилась мертвая тишина, казалось, стало слышно даже возню крыс за многочисленными гобеленами. |