Книга Королева не любившая розы, страница 66 – Ева Арк

— Но, – сказал Великий приор, – брат мой знает, что Ваше Величество предубеждены против него и может быть мне будет трудно убедить его оставить свою провинцию.

— Пусть приезжает, – отвечал Людовик XIII, – пусть смело приезжает, я даю моё королевское слово, что ему сделают не больше зла, чем Вам.

Александр тотчас отправился за братом в Бретань, в то время как кардинал неожиданно подал королю прошение об отставке, сославшись на слабое здоровье. Хитроумный Ришельё сознательно пошёл на обострение ситуации, понимая, что в столь критический момент Людовик ХIII как никогда будет нуждаться в нём.

На следующий день, 9 июня, королевский курьер вручил кардиналу письмо, в котором, среди прочего, говорилось:

— Я знаю все причины, по которым Вы хотите уйти на покой. Я желаю Вам быть здоровым даже больше, чем Вы сами этого хотите… Благодаря Господу всё идет хорошо с тех пор, как Вы здесь. Я питаю к Вам полное доверие, и у меня никогда не было никого, кто служил бы мне на благо так, как это делаете Вы. Это побуждает меня просить Вас не уходить в отставку, ибо в этом случае дела мои пошли бы плохо… Не обращайте никакого внимания на то, что о Вас говорят. Я разоблачу любую клевету на Вас и заставлю любого считаться с Вами. Будьте уверены, я не изменю своего мнения. Кто бы ни выступил против Вас, вы можете рассчитывать на меня.

Одновременно Ришельё написал Марии Медичи, прося убедить Людовика XIII уволить его. И король, и его мать были встревожены. Людовик поспешил навестить кардинала в его дворце, умолял министра не оставлять их в то время, когда его услуги всего нужнее, и обещал полное покровительство против герцога Анжуйского.

Кардинал сделал вид, будто уступает просьбам короля. В свой черёд, Гастон поспешил нанести ему визит, а принц Конде, который, как известно, просидел четыре года в Бастилии, послал уверить Ришельё в своей преданности.

В продолжение этого времени кардинал продолжал видеться с Шале, который рассказывал ему обо всех замыслах герцога Анжуйского. Впрочем, в это время Гастон думал только о том, куда бы ему сбежать от надзора кардинала и ненавистного брака. Ришельё делал вид, будто соболезнует молодому принцу, и уговаривал Шале подстрекать герцога оставить Францию, уверенный, что это бегство окончательно погубит Гастона.

Спустя несколько дней после приезда короля в Блуа прибыли Великий приор и герцог Вандомский. Людовик XIII принял их очень милостиво и предложил им поохотиться следующим утром, но братья извинились усталостью от долгого путешествия верхом. Король при прощании обнял их и пожелал спокойной ночи. На другой день, в три часа утра, оба были арестованы в своих постелях и отвезены в тюрьму замка Амбуаз. Король сдержал своё слово: Сезару не сделано было больше вреда, чем его брату Александру.

Шале тотчас поспешил к Ришельё, который ещё раньше обещал ему не арестовывать заговорщиков. Однако кардинал утверждал, что он не изменил своему слову, и что Великий приор и герцог Вандомский арестованы не по причине участия в заговоре, но за дурные советы, даваемые ими герцогу Анжуйскому.

Через несколько дней Шале честно написал Ришельё, что больше не будет служить ему. После чего кардинал узнал, что граф снова присоединился к партии Гастона и возобновил связь с герцогиней де Шеврёз, своей бывшей любовницей. Участь Шале была предрешена.